Клеветон по-американски  4

Человек и общество

25.12.2017 07:00  9 (34)  

Егор Холмогоров

3815

Клеветон по-американски

Одному из самых значительных американских романов ХХ века исполнилось 70 лет. «Вся королевская рать» Роберта Пенна Уоррена давно обласкана читательским вниманием — ​Пулитцеровская премия, оскароносная экранизация, превращение названия, взятого из песенки про Шалтая-Болтая, в мем. Книга Уоррена стала своеобразным архетипом литературных описаний внутренней политики США.

О том, как глубоко пропитана «Ратью» американская словесность, говорит простой факт: трагическая коллизия, приводящая героев к гибели, начинает развертываться с того, что от младшего Старка требуют жениться на дочке Фрея… Каждый поклонник «Игры престолов» тут подавится со смеха, оценив иронию Джорджа Мартина. А стиль придворного писателя Тома Йейтса из «Карточного домика» ощутимо пародирует многословный, цветистый, набухающий избыточными метафорами язык Уоррена.

В пантеоне типических героев мировой литературы Вилли Старк занял почетное место — ​где-то рядом с шекспировским Ричардом  III. Отныне любого политика-популиста, готового быть своим парнем для избирателей и держать в страхе истеблишмент, именуют «Вилли Старком». Понятно, что с восхождением звезды Дональда Трампа интерес к «Всей королевской рати» многократно вырос. Хотя нью-йоркский миллиардер — ​отнюдь не муж учительницы с американского Юга, но в их хамоватом, некорректном и театрально-искреннем поведении, в широкомасштабных утопичных обещаниях есть немало общего. Не удивлюсь, если где-то уже переиздали «Рать» с портретом Трампа на обложке.

Первое, что нужно понимать о произведении Уоррена, — ​перед нами роман-клеветон. Это очень талантливая и очень нечестная книга, откровенно, хотя изящно исполняющая политический заказ в послевоенных США. Задачей писателя было расправиться с памятью о губернаторе Луизианы Хью Лонге, при загадочных обстоятельствах убитом в 1935 году неким врачом (а более вероятно — ​собственными телохранителями).

Лонг мелькнул поразительной кометой на небосклоне звездно-полосатой политики. Народный любимец и вожак, всего за четыре года превративший Луизиану в маленькое социальное государство. Он строил больницы и школы. Штат покрылся сетью великолепных дорог. Возглавляя Луизиану в годы Великой депрессии, Хью Лонг сделал родину джаза свободной от кризиса, наложив мораторий на выплаты по закладным и предотвратив массовое закрытие банков. «Грязными методами шантажа» он добивался, что большие банки помогали малым, и в итоге многие граждане удержались от разорения.

Перейдя в сенат, Лонг замахнулся на большую политику — ​предложил план ограничения богатств: каждый человек имеет право нажить миллион долларов, а все, что сверху, облагается прогрессивным налогом и забирается в фонд общественного благосостояния. И, разумеется, превратился в глазах истеблишмента… в «фашиста». Хотя никаких симпатий к Гитлеру и Муссолини не высказывал.

Началась масштабная травля Лонга в прессе. Спивающемуся Синклеру Льюису заказали роман «У нас это невозможно» — ​о том, как Хью Лонг устанавливает диктатуру в США. Но энергичный сенатор шел вперед, намереваясь составить конкуренцию Рузвельту при выдвижении от Демократической партии. А на обвинения отвечал пророческой фразой: «Если фашизм когда-либо придет в Америку, он придет под маской антифашизма». Тогда-то и прозвучали выстрелы в Капитолии штата Луизиана. Почитатели Лонга и сейчас уверены, что политика вместе с его «убийцей» доктором Вайссом изрешетила охрана.

Спустя десять лет призрак застреленного сенатора все еще тревожил демократов — ​его брата избрали губернатором. И вот великолепный интеллектуал Уоррен, преподававший литературу в Батон-Руж и один раз даже видевший Лонга лично, взялся за написание, наверное, самого талантливого клеветона в истории.


Он не стал мазать героя черной краской, замалчивать его достижения. Вилли Старк — ​симпатичный и яркий человек, искренне заботящийся о согражданах, при этом уверенный, что добро создается злом и достаточно раскулачить богатеев, чтобы все были счастливы. Но к реальным достоинствам Лонга автор пририсовывает недостатки Старка — ​распутство, пьянство, жестокость, пренебрежение законом.

Характерно уже самое начало романа. Рассказчик описывает скоростную езду по новенькой магистрали — ​одному из достижений Лонга-Старка, но выставляет ее бессмысленным и опасным развлечением золотых мальчиков, гробящих себя, не справившись с поворотом, под ленивые комментарии сонных фермеров. О том, что позднее по этой же дороге сам фермер повезет в город продукцию или поедет с семьей на ярмарку — ​ни слова.

Монументальный Лонг в образе Старка измельчается и опошляется. Чего стоит история с его сыном, спортсменом и забулдыгой, который попадает в переделки и в итоге гибнет, по сути, увлекая за собой отца. Реальный сын Лонга стал сенатором через два года после выхода романа и сделал фантастическую по американским меркам карьеру.

В действительности Хью Лонг был убит по политическим причинам. Скорее всего, его убрали, чтобы расчистить дорогу аристократичному инвалиду Франклину Рузвельту. Гибель же Старка представляется Уорреном как вытекающая из его жизни и ошибок, то есть справедливая. Фактически убивает героя коррумпированное окружение (та самая королевская рать), натравив на него благородного врача Адама Стентона. Один из красивейших американских романов — ​на деле оказывается фиговым листком, прикрывающим грязную тайну Соединенных Штатов.

Пожалуй, главное для самого Уоррена в «Рати» было связано не с Вилли Старком, а с Джеком Берденом, выходцем из элиты, работающим на центрального персонажа. Ключевой мотив Бердена: если бы высший свет сделал хоть что-нибудь для масс, а не воровал, упиваясь своим моральным превосходством над простонародьем, то столь грязные и опасные политики, как Старк, не появились бы. Популизм — ​это наказание за высокомерие элиты. Берден в итоге оказывается сыном и наследником им же разоблаченного коррумпированного судьи Ирвина. И в этом смысле перед нами очень недемократичная книга — ​для Уоррена реформы сверху очевидно лучше реформ снизу.

Однако прошло 70 лет, и сейчас «Вся королевская рать» читается иначе. Еще несколько лет назад Шон Пенн, нынче агитирующий за Трампа, снялся в новой киноверсии романа, где пытается показать «правду Старка». Умеющий нравиться простым людям, защищать их права, угрожая власть имущим железным кулаком, — ​вот человек, который нужен Америке. Популизм современного Вилли Старка — ​лишь готовность поставить интересы общества выше правил игры, написанных патрициями.

Я смотрел дебаты Хиллари Клинтон и Дональда Трампа. Железная леди в красном была агрессивно-великолепна — ​остроумна, подкована, назидательна, полна уверенности. Трамп, напротив, иногда говорил невпопад, выглядел деревенским увальнем, что для него, великолепного шоумена, было несколько странно. Почему он так делает? И тут я вспомнил Вилли Старка, не стесняющегося казаться не знающим и обжуленным, не боящимся сказать: «Они меня обманули, но я им покажу!»

И точно, когда пришли данные опросов, выяснилось, что Клинтон выиграла дебаты, зато Трамп набрал голоса. Из неопределившихся за него решил голосовать каждый третий, а за нее — ​лишь каждый 9-й. Стиль Вилли Старка возвратился. Кто знает, может быть, вернется и Хью Лонг.


Оцените статью