Инопланетный Минфин

Точка сборки

28.02.2023 20:00

Борис Марцинкевич

6264

Инопланетный Минфин

Закончился очередной календарный год, в феврале многие наши ведомства подводят окончательные итоги, которые должны позволить сделать выводы и оценить перспективы. Я не о тех задачах, которые стоят перед нашими вооруженными силами и предприятиями ВПК — об этом имеют право рассуждать профессионалы, к которым я точно не отношусь

Но от старинной истины о том, что для любой войны нужны только три вещи: деньги, деньги и еще раз деньги, России не уйти. Есть и еще один повод для размышлений, позволяющий оценить еще одну проблему. Не знаю, как вы, уважаемые читатели, а я ни минуты не сомневаюсь в том, что СВО завершится тем, что наша страна реализует все цели, но один результат уже есть — в состав России вернулись четыре области, с чем я поздравляю всех нас и особенно тех, кто голосовал на референдумах, в той обстановке это требовало немалой смелости.

Но не могу не напомнить один пример: осенью 2020 года в результате 44-дневной войны Азербайджаном были возвращены семь районов, исторически входивших в его состав. Предварительная, и весьма сдержанная смета их восстановления составляет не менее 28 млрд долларов. На какой коэффициент предстоит умножать эту сумму России, пока можно только гадать, но предварительно можно сказать точно — речь будет идти о триллионах рублей. А их, как ни удивительно, нужно каким-то образом зарабатывать, причем делать это придется в условиях западных санкций, по числу которых Россия догнала и перегнала многолетнего лидера — Исламскую Республику Иран. Я одно время даже вел статистику этих самых санкций, но после 10 тысяч штук махнул на это безнадежное занятие рукой. Надеюсь, когда количество перевалит за стольник — нам об этом сообщат.

Да, просто необходимая вступительная часть, чтобы не было иллюзий. Цитата. «Капитализм в его современной форме изжил себя», автор — Путин Владимир Владимирович, сентябрь 2021 года. Ни сам автор, ни те, кто именует сам себя элитой России, ни, как ни удивительно, политические партии социалистической направленности этот тезис лидера России не комментируют и не пытаются как-то осмыслить. С одной стороны, это не радует, с другой — позволяет лично мне заявить, что я изо всех сил пытаюсь сделать это самостоятельно. Надеюсь, вы меня поняли.

Полсотни лет сначала СССР, а потом и Россия выстраивали отношения с Европой, постепенно превращая ее в надежного, платежеспособного и дисциплинированного покупателя нашей экспортной продукции. В конце 60-х в Европу пришла советская нефть, в в конце 70-х советский газ, в современной России к этим экспортным продуктам добавились уголь и нефтепродукты. В очередной раз напомню статистику 2021 года, в 3м квартале которого начался и пока не думает прекращаться энергетический кризис: в Европу из России было поставлено 185 млрд кубометров природного газа, 140 млн тонн сырой нефти, почти 90 млн тонн нефтепродуктов и около 70 млн тонн угля энергетических и коксующихся марок. Это даже не реки, это какой-то Гольфстрим энергетических ресурсов, объем которых был обеспечен транспортной инфраструктурой, которую СССР и Россия создавали и развивали в течение 50 лет. Могу еще одну порцию статистики напомнить: в 2021 году 65% наших энергетических ресурсов поставлялись в страны, которые сейчас входят в состав недружественных России.

Почему я сосредотачиваюсь именно на энергетических ресурсах, тоже, надеюсь, понятно. Только по официальной статистике нашего (или не очень нашего?) министерства финансов, доходы государственного бюджета от добычи и экспорта нефтепродуктов зависят на 35%. Но это только «голая» цифра, поскольку минфин основными налогами считает НДПИ и экспортную пошлину, а в реальной жизни все куда как сложнее. Нефтепродукты, реализуемые внутри России — это еще и акцизный налог, налог на прибыль, налог на добавленную стоимость, совокупная доля которых в ценах на наших АЗС составляет почти 65%. Природный газ и уголь, реализуемые в России — это работа наших ТЭЦ и ТЭС, это наши с вами деньги за киловатт*часы и гигакалории и соответствующие налоги с них. Экспорт — это не только пошлины, но еще и услуги РЖД и Транснефти, переработка газа и нефти внутри России  - это тоже налоги, тоже доходы государства. Никогда не пытался вывести полную статистику по этому поводу, но сильно подозреваю, что минфиновские 30-35% придется умножать где-то так на 1,5, если не на два.

В апреле прошлого года свой диагноз экспорту энергоресурсов дал президент России: в среднесрочной перспективе европейский рынок будет иметь для него вторичное и третичное значение, новыми направлениями должны стать юг и восток. Лично мне казалось, что мартовский 2022-го года указ президента должен был дать понять нашему славному правительству, каким должен быть еще один вектор его усилий. Я имею в виду указ «Газ за рубли» - все, господа министры, время бесконечной расслабухи закончилось, настала пора зарабатывать не евро с долларами, а деньги. Рубль, господа министры, должен стать инвестиционной валютой, валютой накопления. Да, «Газ за рубли» был самым простым, самым доступным способом начать движение в этом направлении, поскольку, вопреки всей либеральной белиберде, уж простите за грубое слово.

В России сохранилась монополия на экспортные трубопроводные поставки за Газпромом, вот и получилось: один указ — одна компания и нужный результат на выходе. Я чертовски надеялся, что этот газпромовский пример станет заразительным, что доллар в России будет уходить в прошлое, но за минувшие 10 месяцев никаких признаков того, что правительство хотя что-то делало в этом направлении. Минфин и его заединщиков толкали в не-скажу-куда еще и его западные нетрадиционные партнеры. Это не только замороженные 300 с лишним миллиардов долларов резервов, которые наверняка будут украдены окончательно — невозможно представить себе такое стечение обстоятельств, которые могли бы заставить Запад выпустить из пасти столь жирный кусок. Это еще и то, что теперь хранить резервный фонд в евро и в долларах минфину уже не получится, и то, что отоварить евро с долларами в импорт технологий становится все сложнее, а параллельный импорт через третьи и двадцать третьи страны методом ноги, заложенной за ухо, неизбежно ведут к росту инфляции уже в России. Но нет никаких оргвыводов по всей той публике, которая своими действиями сделала возможной кражу 300 млрд долларов — финансово-экономический блок правительства остался в своих креслах, а потому мы не видим ни малейшего желания со стороны этих деятелей хоть как-то менять методы работы, хоть как-то избавляться от старых привычек.

Нельзя складывать внешнеторговый профицит в евро с долларами? Нет вопросов — ЦБ и минфин уже складывают его в юани. Во что угодно, только не в рубли, во что угодно, только не в нашу собственную экономику. Внимание вопрос: если значимость экспорта углеводородов и угля настолько важна, сделаны ли серьезные шаги для того, чтобы экспорт стал идти за рубли? Правильный ответ — нет. Хотя наши СМИ любят показывать и доказывать, что нефть и газ за юани, за дирхамы ОАЭ это победа и огроменный шаг вперед. Но это только на первый взгляд и только для тех, кто дальше фраз за юани и за дирхамы ничего видеть и понимать не желает. Поясню, поскольку уж очень старательно пытаются прятать суть происходящего за всевозможной развесистой клюквой.

В теперь уже далекие 90-е годы к власти в России пришли те, кто пришли и нам остается только радоваться тому, что не все они заглянули в завтрашний день. Напомню эйфорию тех лет — у нас тогда из каждого утюга лилась радость от того, что Россия вернулась в дружную семью цивилизованных народов, в рыночные отношения, которые в отличие от ушедших в прошлое командно-административных методов, приведет страну к молочным рекам в кисельных берегах. Кураторы, которые в реальности руководили многочисленными правительствами Ельцина Бориса Николаевича, сокращенно ЕБН, именно тогда, в 90-е, вколотили в наше законодательство то, что ставки НДПИ и экспортные пошлины на все сырьевые товары минфин рассчитывает на основании котировок, которые рассчитывает рейтинговое агентство «Аргус». Повторяю — именно в законодательство, не в какие-то внутриведомственные инструкции. Законодательство у нас не самое простое: если совсем подробно, то «Аргус» предоставляет свои расчеты министерству экономического развития, которое, собственно, и оплачивает работу этой компании. По полученной информации министерство экономического развития проводит анализ и именно его результат получает минфин. Но, с вашего позволения, минэк я далее упоминать не буду — так или иначе, решения по ставке НДПИ и экспортной пошлины принимает минфин, минэк можно считать лишь посредником. «Аргус» - компания, безусловно, авторитетная, заслуженная — я сейчас без всякой иронии, с реальным уважением к опыту, к компетенциям, к тем специалистам, которые все эти годы работали и работают в российском отделении Аргуса. Но вот только давайте я тот же момент выдам другими словами: сейчас, в феврале 2023 года, правительство России для расчетов ставок налогов использует данные, предоставляемые частной английской компанией «Аргус». Уже интересно, не так ли?

Теперь чуть больше подробностей. Ставки НДПИ для компаний, добывающих в России уголь, «Аргус» рассчитывает, исходя из котировок австралийского каменного угля. Нормально? В Австралии наводнение, добыча угля снизилась, цена в Австралии выросла — и тут же выросли налоги на добычу угля в России. В Австралии хорошая погода, горняки там выдают угля хоть мелкого, но очень много, цены сползли — в России налоги на уголь тоже снизились. За технологический суверенитет с цифровизацией боремся, говорите? Ну-ну. «Аргус» вот такой метод котировки предложил, правительство согласовало и подписи соответствующие поставили — значит, и сейчас, в феврале 2023го работа российской угольной отрасли зависит от того, как идут дела у шахтеров Австралии. С нефтью еще интереснее: «Аргус» рассчитывал котировки нашей флагманской марки Юралс на условиях SIF Роттердам и SIF Аугуста, то есть в стоимость российской нефти включалась стоимость доставки до порта Роттердам в Голландии и до порта Аугуста в Италии. Аргусом предложено, правительством закреплено. В начале июня прошлого года Евросоюз принял пятый пакет санкций, в котором английским по белому было написано — с 5 декабря вводится эмбарго и запрет на морские поставки российской нефти в Евросоюз. «Аргус» удивился, насторожился, стал думу думать. «Аргус» — стал, а наш родной минфин — нет. Почему нет? Так ведь в законе написано — считать на основании котировок Аргуса, вот пускай «Аргус» и думает, нам этого делать вообще не требуется. Зачем нам думать, когда закон есть? У нас головы-то не для этого, в конце-то концов.

Ау, минфин — «Аргус» котировки как выставлял в долларах, так и выставляет. Может вы того — за рубль подумаете? Подумать мы могли бы, но ведь в законе написано про Аргус, а про подумать нет указаний, а как мы можем без указаний думать. Ау, дума с совфедом — может, вы заглянете в эту вот суверенность и что-нибудь в законе про «Аргус» исправите? Неа, нам не положено — для того, чтобы налоговые законы менять, законодательную инициативу должно проявлять правительство, и вот тогда-а-а мы как задумаемся, ка-а-ак начнем обсуждать — полетят клочки по закоулочкам. А, может, сами? Неа, не положено. Отличная обстановка, ведь после раннего утра 24 февраля 2022 года в этом лучшем из миров никаких изменений не происходит, все отлично. А то, что российское отделение Аргуса с начала лета прошлого года во все мыслимые инстанции письма шлет — превратите нас уже в российское рейтинговое агентство, какого ангела мы остаемся английским-то? Опыт есть, связи есть, мы разработаем методику котировки российских сырьевых товаров в российских рублях, только организационные вопросы решите. Письма есть, ответов на корреспонденцию какой-то там английской компании и в помине нет — обстановка напряженная, за каким таким нам реагировать на письма зарубежной частной компании. Но расчеты этой компании — база для расчета налогов, основа для пополнения государственного бюджета, господа чиновники! Да, так и есть, и закон на то имеется, а вот закона про ответы на письма зарубежных частных компаний не имеется. Логично? Ну, для чиновников может быть, для меня — не получается в логику.

Ну, а в Аргусе, полистав тексты санкций, задумались крепенько. Если рассчитывать котировки российской нефти по методике, согласованной и подписанной с минфином, то есть на условиях с ценой доставки в европейские порты, тогда с 5 декабря котировка будет равна нулю — нет нефти, нет цены. И уже в июле прошлого года сотрудники российского отделения Аргуса оповестили наш уважаемый минфин, что методику придется менять: за основу будет браться внутренняя цена нашей нефти, формирующаяся на торгах Санкт-Петербургской товарно-сырьевой биржи, и к ней будет прибавляться стоимость фрахта танкера на маршруты до Роттердама и Аугусты, в пересчете на баррель. И минфин такое предложение совершенно устроило — это ведь «Аргус» предлагал, с Аргусом закон обязует соглашаться, собственной головой думать закон не обязывает. Никогда не скажу этого обо всем составе правительства России, но то, что конкретно минфин живет на другой планете — для меня сомнению не подлежит. «Аргус» себе подобный ляп вполне может позволить — он ведь, в конце концов, не отвечает за наполнение государственного бюджета. Аргус, подозреваю, согласился бы на встречные предложения относительно новой методики, ведь тот вариант, который агентство отправило в минфин, было именно предложением. Но там кивнули гривами и чиркнули новую подпись — все нормально, работаем.

В самом конце прошлого года, под елочку, был опубликован указ президента России, касающийся контрмер на сразу две антироссийских действа со стороны коллективного Запада. Если кто забыл, то напомню: одновременно с европейским эмбарго Штаты и их европейские шестерки ввели потолок цен на российскую нефть, который в настоящее время составляет 60 долларов за баррель: мы сами этот товар не покупаем, но вы, покупатели всех остальных стран планеты, не имеете права этот товар покупать, если его цена выше порогового значения, который определяем мы, ваше дело — выслушать приказ и взять под козырек.

Все те страны, которые не присоединились к этому самому потолку цен — это не некие пророссийские государства, это государства, которым наглый диктат коллективного Запада очень сильно надоел. То, что эту западную меру не поддержали страны ОПЕК и другие поставщики нефти на мировой рынок, тоже не означает, что весь ОПЕК встал на сторону России. Эти страны прекрасно понимают: если Штаты и их банда сегодня прогнут такого значимого игрока мирового нефтяного рынка — нет никаких гарантий того, что кто-то из них не станет следующей жертвой западной экономической агрессии. Грубо говоря, мы живем внутри момента истины, поскольку Запад сделал максимальную ставку: вакханалия азарта, ставка смерть и ставка жизнь. Удастся прогнуть Россию — шанс того, что однополярное устройство мира будет продолжаться и дальше, резко возрастает. У нас с вами поле противостояния с Западом — не только северное Причерноморье, за ситуацией в котором мы с болью, тревогой и надеждой следим каждый день, но еще и вот это, экономическое и в данном случае — углеводородное. Выдержит Россия — значит, уже раздавшееся заявлений той же Саудовской Аравии о том, что она готова продавать свою нефть не только за доллары США, будет не только декларацией о намерениях, но и свершившимся фактом.


А что такое отказ Саудовской Аравии от торговли нефтью только и исключительно за американские доллары? Это весомый сигнал всем остальным ближневосточным поставщикам — все, монополия на валюту платежа закончилась, работаем с той валютой, которая не только наиболее удобна, но и максимально безопасна. То, что доллар и евро токсичны с того момента, когда были заморожены государственные валютные средства России — уже не пропаганда, а свершившийся факт. То, что наш минфин отказывается это признавать — тоже факт, как бы кто этот факт не оценивал. Наш минфин никак не был наказан за то, что на пару с ЦБ он сделал возможным кражу вот такой огромной суммы — и минфин не намерен менять стиль работы. Котировки наших энергетических ресурсов зарубежной компанией в зарубежной, токсичной валюте как норма жизни в 2023 году — это абсурд, это жесткое противостояние той линии, о которой говорит президент, о которой говорят сами члены нашего правительства. Технологический суверенитет, цифровой суверенитет, военный суверенитет без суверенитета экономического? Не знаю, я ведь не самый большой специалист в экономике, но право на личное мнение имею — без экономического суверенитета, без суверенитета российского рубля говорить о нашей полной победе над коллективным Западом в нашем с ним всеобъемлющем противостоянии было бы глупостью.

Возвращаемся к декабрьскому указу президента, ставшему ответом на нефтяное эмбарго и на потолок цен. Указ президента — это не тот документ, который становится руководством к действию для участников экономического рынка России, таковым является только постановление правительства, которое разрабатывается на основании текста указа и которое потом превращается в приказы отдельных министерств и служебных инструкций для отдельных органов в лице налоговой и таможенной служб. Иерархия документов такая у нас, не я придумал, не кидайте в меня тапками. Указ запретил российским нефтяным компаниям продажу нефти тем клиентам, которые требуют ссылки на ценовой потолок в контракте. Самое удивительное лично для меня в этой истории, что нашлось множество комментаторов, которые вот этот запрет умудрились назвать мощным ответом на западный произвол. Джентльмены, а ногами на землю встать не пробовали?

— Джимми, я прекрасно понимаю, что по цене выше потолка ты у меня мной добытую нефть не купишь, но давай напишем в контракте 58 долларов за бочку и никаких слов про потолок писать не будем. Согласен?

— Иван, нет вопросов, только тогда уже не 58, а 54.

— Джимми, ты обалдел? Ниже 57 не пойду — на 56 долларах стороны тянутся за ручками, чтобы поставить подпись.

На 56 долларах стороны тянутся за ручками, чтобы поставить подпись. Я что, привел в качестве примера немыслимый диалог? Он был бы немыслим в том мире, в той России, где крупный бизнес помогает СВО, потому что имеет совесть и любит свою страну не на словах, а на деле. Есть в тексте указа предохранитель от подобного рода диалогов, эдакая кувалда композитора Вагнера над головами участников таких бесед? Индейская изба вам, господа и дамы. Под этот указ было явлено граду и миру и постановление правительства — собственно, все то же самое, но другими словами. В качестве новинки сезона — нашим нефтяным компаниям теперь вменено в обязанность отслеживать до конечного потребителя, что в контрактах никто не будет ссылаться на ценовой потолок. Семь страниц текста без приложений в том правительственном постановлении, но определения термина «конечный потребитель» в этом ворохе слов — нет. Кто он такой, конечный потребитель на рынке нефти? Жан или Ганс с пистолетом на АЗС в своей немецкой Франции или во французской Германии, у которого в чеке итальянским по белому напечатано: «Этот бензин изготовлен из российской нефти, которую я, владелец НПЗ, покупал без упоминания ценового потолка»? Вроде как нет — Жан с Гансом в бак своей машины заливают уже нефтепродукт. Тогда кто — владелец НПЗ? А если российская нефтяная компания нефть продала не на НПЗ, а в международную трейдинговую компанию, что постановлением, разумеется, не запрещено — что тогда? «Алло, Трафигура, вас Тыгдымнефть беспокоит. Мы вам на той неделе 100 тысяч тонн нефти продали, пришлите нам по-быстрому список ваших покупателей и копии контрактов» - так, что ли? А контролировать тогда как? «Алло, компания Витол? Это старший инспектор ФТС России Сидоров на проводе! Вы покупали у Тыгдымнефти нефть, у вас 15 минут на то, чтобы прислать мне список покупателей и нотариально заверенные копии контрактов, время пошло!» С какого перепугу или, не знаю, перепоя, частным российским компаниям навязаны функции Интерпола-то? И вот это все называть «мощным ответом», то, уж извините, у меня язык не поврачивается.

А теперь вспоминаем, что происходило с ценами на Юралс начиная с новогодних праздников. На Санкт-Петербургской бирже начались торги, и «Аргус» методично принялся докладывать: цена 42 доллара за баррель, 51, 43, 53, 40 и так далее. Уже вовсю работает серый танкерный флот в направлении Индии, уже никто ничего не может сказать про серый фрахт, а «Аргус» — 48, 54, 41... И наш радостный минфин, опираясь на то, не знаю что, докладывает: цена нефти упала настолько, что в январе не дополучена прибыль в сколько-то там сотен миллиардов рублей. А как она может быть получена, если вы, господа нехорошие, жонглируете цифрами, которые никакого отношения к действительности вообще не имеют? «Аргус» что-то стал уточнять — агентство теперь рассчитывает стоимость фрахта, исходя не из долгосрочных контрактов, а из спотовых, срочных. Ну, и какая разница, если в реальности никто нефть в Роттердам уже два с лишним месяца не поставляет? Но это я удивляюсь, а минфин старательно вносит изменения и день за днем рассказывает о нарастающем дефиците государственного бюджета. А куда стала исчезать реальная прибыль — думать не будем, нам не до этого. То ли левые компании, владеющие серыми танкерами, то ли китайские с индийскими владельцами НПЗ, то ли, уж простите, наши российские нефтяники ловят в этой мутной воде жирную рыбу и едят ее, на елке сидя. Почему я с таким подозрением к нефтяникам отношусь? Да по простой причине: игра «Государство, поймай нефтяника и собери с него налоги» началась в позапрошлом веке и нет в этой игре рефери, который видит все нарушения и точно знает счет. Верить в то, что нашенские нефтяники играют по-честному? Нет, это личное дело каждого, но меня в такое можно заставить верить с такой же вероятностью, как в Бабу Ягу с кикиморами в придачу. Для меня лакмусовая бумажка — отношение наших бизнесменов из списка Форбс к СВО и ее материальная поддержка. А в данном случае мы суслика не видим, потому что его действительно нет. Разумеется, я не настаиваю на своем мнении, как на абсолютной истине, но железным должно оставаться правило: государство обязано предлагать частному бизнесу максимально прозрачные правила игры, не позволяющие двойного и тройного толкования и предусматривающие систему жестких, неотвратимых наказаний за нарушения этих правил. И это никак не стыкуется с тем, что происходит в налоговой системе образца зимы 2023 года. Некая английская компания предложила умозрительный, не отвечающий реалиям мирового рынка нефти, метод расчета котировки нефти марки Юралс, министерство финансов на этот метод согласилась, даже не попытавшись его оспорить, на основании котировок, рассчитываемых методом пальцетыка, пересчитала ставки налогов и громогласно заявила о дефиците государственного бюджета.

Самое обидное, что на этом театр абсурда не заканчивается, сейчас начался и идет второй акт этой пьесы. Чертиком из табакерки выскакивает вице-премьер Белоусов: он увидел, он прозрел, что целый ряд крупных российских компаний в минувшем 2022 году заработал огромные прибыли, обусловленные бешеной волатильностью цен на мировых рынках. А потому, продолжает Белоусов, для крупного бизнеса настало время делиться — кровь из носу, нужно насобирать в бюджет миллиардов так 300-400 рублей. Не важно, в общем, сколько точно, но дыра, искусственно созданная веселеньким минфином, должна быть закрыта. Силуанов мгновенно бросается на поддержку своего единомышленника — настало время делиться! Крупный бизнес, который у нас, как известно, в основном состоит в РСПП, вроде как и не против, но задает немыслимый для Белоусова вопрос: а каким будет обоснование, что в банковской платежке-то писать? Плачу деньги, потому что Белоусов с Силуановым попросили? Так ведь налоговая может не понять. Ответное предложение: господа министры, объясните в письменной форме правила предлагаемой вами игры. Увеличьте на пяток процентов, к примеру, налог на прибыль — вполне нормально, мы тут посчитали, что нужная вам сумма набирается. Ответ минфина: нет, это не наш метод, мы тут все бывшие комсомольцы! Ставка налога на прибыль вбита в закон о бюджете на 2023-2026 год, менять ее задним числом никак нельзя. РСПП: а что тогда? Можем предложить оформить это как авансовый платеж за прибыль 2023 года, осенью, когда планово будет меняться ставка налога на прибыль, пересчитаете эту ставку на 2024 год, чтобы концы с концами сошлись.

Белоусов с Силуановым пока что думают — им просто не по душе само требование обозначить правила игры, им хочется, чтобы платежи шли просто на основании их желания. И тут же на экранах федеральных телеканалов появились крайне эмоциональные комментаторы: как это так, почему богатеи какие-то вопросы задают, где их совесть, они должны платить добровольно и с радостью. Нормально — добровольно, но должны. Вы это серьезно, господа комментаторы — миллиардеры будут платить, потому как совесть, любовь к родине и патриотизм? По большому секрету, никому не говорите — миллиардеры никогда бы не стали миллиардерами, если бы у них эти чувства наличествовали, у них на месте совести кое-что другое выросло — стальное и седое одновременно. Вариант братков из 90-х, которые своим коммерсам заявляют, что с этого месяца их крыша подорожала, сейчас точно не проходит — вот такой нежданчик, законы требуются. Пока пауза: РСПП пытается добиться появления четко прописанных правил, Силуанов с Белоусовым о чем-то размышляют.

Для чего Белоусову с Силуановым потребовался этот попахивающий совсем уж откровенным маразмом скандал? На мой взгляд, только для того, чтобы сквозь Думу и Совфед проскользил свежайший законопроект, который позволяет минфину и дальше ничего не делать, позволяет и дальше работать по старым лекалам: вижу котировки от Аргуса — меняю ставки налогов, откуда взялись котировки думать не желаю. Теперь максимально допустимый дисконт на экспорт Юралса по отношению к стоимости эталонной североморской Брент: с 1 апреля по 30 апреля — 34 доллара на баррель, с 1 по 31 мая — 31 доллара, с 1 по 30 июня — 28 долларов и с 1 июля — не выше 25 долларов на баррель. В законе Российской Федерации — доллары. Доллары в законе страны, ведущие политики которой говорят о многополярном мире, о стремлении к отказу от доллара именно эта валюта — в законе. Да, уже в законе, а не в законопроекте, поскольку наша Государственная дума и Совфед вслед за ней этот законопроект приняли-проголосовали мгновенно во всех трех чтениях, и подпись президента на нем тоже уже имеется. Еще раз, медленно: Государственная дума и Совет Федерации принимают закон Российской Федерации, в котором валютой платежа является доллар США. На всякий случай — я рассказываю не о былинных делах развеселых 90-х годов, а о событиях 2023 года, когда закончился год с начала СВО, когда против России введено больше 12 тысяч всевозможных санкций со стороны государства, валюту которого наши государственные мужи в очередной раз прописали в законе. Чего стоят все патриотические пафосные речи всех наших депутатов — думайте сами, уважаемые читатели. Рубль для наших правителей, для нашей элиты как был вторичным продуктом, производной от доллара, так ею и остается.

Методы, предлагаемые нашим минфином, не имеют никакого отношения ни к административно-командной экономике, ни экономике рыночной. Командно-административные методы в данном конкретном случае просты, как оглобля: господа нефтяники, в связи со сложившейся ситуацией вводится государственная монополия на экспорт, потому всю добытую нефть вы будете продавать государственной компании по -дцать тысяч рублей за тонну. Мера временная, извольте терпеть, кто против — имеет полное право продать свою компанию по рыночной цене той же самой государственной компании, но с рассрочкой платежа в -дцать лет, вот вам государственные облигации с тремя годовыми процентами, и ни в чем себе не отказывайте. Не нравится такой метод? Ну, тогда радуйтесь, что не я минфином командую, а то бы я вам быстро объяснил, что Кузькина мать — это не только самая мощная водородная бомба в истории человечества.

А рыночные цены, господа Белоусов, Силуанов и прочие выдающиеся участники финансово-экономического блока, формируются на основании биржевой торговли, если вы вдруг не в курсе. Котировки эталонной марки Брент формируются на биржевых торгах, котировки ближневосточной марки Дубай формируются на биржевых торгах, котировки североамериканской марки WTI формируются на биржевых торгах, а вот котировки марки Юралс — на основании чего? На основании теперь уже закона, в котором размер дисконта прописан с календарным графиком. Давайте тогда по честному и писать в том законе: стоимость российской нефти формируется на торгах нефтью любых других марок, а мы способны только мычать, мотать гривой и подчиняться чужим правилам. При этом наш бюджет, который мы принимали тогда, когда точно было известно о предстоящем вводе эмбарго на нашу нефть и на наши нефтепродукты, накроется медным тазом — потому, что мы в минфине профессионалы высочайшего уровня, а в думе против нами предлагаемых законопроектов никто не рискует даже мяу сказать, обитатели думы аки собачки Павлова условными рефлексами руководствуются: вижу законопроект от правительства — голосую «за», потом иду в столовую и кушаю пирожок. Еще раз, чтобы никто не мог сказать, что что-то непонятно. На какой-нибудь лондонской, нью-йоркской бирже какие-то биржевые спекулянты формируют цены не только эталонных марок, но и цену нефти российской, а заодно и ставки российских налогов, и темпы, ритм пополнения государственного бюджета Российской Федерации. И в Думе, и в Совфеде этот алгоритм устраивает всех настолько, что законопроект был проголосован и там, и там сразу во 2м и 3м чтениях. Лично у меня ощущения, будто мне влепили пощечину со всего размаху и теперь предлагают улыбаться и радоваться. Не навязываю — всего лишь мое личное впечатление, не более того.

Самое удивительное в этих нескольких историях — то, что велосипед изобретать вообще не требуется. Пятнадцать лет Санкт-Петербургская товарно-сырьевая биржа уверенно ведет внутрироссийские торги нефтепродуктами, спокойно обеспечивая их котировки на нашем внутреннем рынке. При этом наши нефтеперерабатывающие компании отнюдь не тащат на эти торги всю свою продукцию, для котировок вполне достаточно объема, установленного приказом министерства энергетики — 10% от от объема производства. В мире полным-полно бирж, на которых продажи физической нефти составляют всего 3% от общего объема торгов, но и этого достаточно, чтобы мы пользовались их котировками на те или иные сорта нефти. Какая же такая неведомая сила не дает возможности организовать торги на Санкт-Петербургской бирже российской нефти за российские рубли? Биржевые торги могут быть организованы максимально анонимно, что удобно в условиях всех этих западных санкций: да, нефть продала российская компания, но не конечному покупателю, а дилерской компании, аккредитованной на этих торгах. Все равно есть опасения, что никто из покупателей в условиях санкций не рискнет? Но у нас рынок сбыта нефти — это не только Китай с Индией, но еще и, к примеру, компании стран Центральной Азии, где никогда от нашей Юралс не отказывались, и этих сделок будет вполне достаточно, чтобы получить нужный результат — котировку российской нефти в российских рублях. Боязно проявлять такую дерзость? А это, пожалуй, и есть единственная причина того, что наше многоуважаемое правительство во главе с минфином второй десяток лет тормозят любые инициативы превращения Юралс в самостоятельную бэнч-марку. В мои лета не должно сметь свое суждение иметь — не Силуановым сказано, зато воспринято им как единственно возможное руководство к к действию. Свою нефть за свои рубли через свою биржу по своим котировкам, которые разрабатывает собственное ценовое агентство — да как можно? А для чего тогда все разговоры про суверенитет России, про противостояние коллективному Западу, про борьбу за многополярный мир? Есть собственные котировки — и вот уже нет нужды в постановлениях о борьбе с потолком цен, нет нового закона о минимальном дисконте, нет зависимости от чужой нефти и от чужих валют, поскольку российская биржа имеет полное право самостоятельно определять валюты платежей — в валютах тех стран, которые не препятствуют импорту того технологического оборудования, с которым у нас пока проблемы. Юани, рупии, динары, лиры — то, что нужно для внешней торговли. Боязно?

То есть СВО — само по себе, а финансово-экономический блок правительства и депутаты Думы — сами по себе. И рассказы о том, что законопроект прошел Думу из-за машины для голосования в лице Единой России — это ведь тоже попытка оправдать собственное бессилие. Ни одна фракция не высказалась против, не сформулировала собственное особое мнение, не попыталась даже при вот таких результатах голосования вынести дискуссию по этому вопросу в общественную плоскость. Что, все до одного депутата четырех оппозиционных парламентских партий денно и нощно заняты только и исключительно событиями в наших новых областях? Знаете — не верю.


Заметили ошибку в тексте? Сообщите об этом нам.
Выделите предложение целиком и нажмите CTRL+ENTER.




ePN

Спасибо за обращение

Вам запрещено оценивать комментарии.
Обратитесь в администрацию.