Очерк о стратегии Кореи  38

Аналитика и прогнозы

06.02.2022 10:00

Андрей Школьников

13360  8.5 (14)  

Очерк о стратегии Кореи

Фото:ВКонтакте

Среди стран, способных до 2040 года обрести статус региональной державы с независимой субъектной политикой либо стать весьма важным младшим партнером в панрегионе, ощутимо усиливая последний, необходимо обязательно говорить о единой Корее. Вопрос этот является очень важным для России, так как союз с Кореей практически гарантировал бы нам статус одного из ведущих панрегионов / полюса Триполярного мира

В настоящее время Корея разделена на две части: КНДР и Республика Корея, в глазах многих этот раскол глубок и непреодолим, в то время как сами корейцы ничего особенно рокового в нем не видят. Рассмотрим представляющие для нас большой интерес стратегии Кореи, ведь, с позиции России, Корея является самым важным и перспективным для нас партнером на долгосрочном горизонте. При реализации стратегии «Царица морей» и необходимости выбора между Кореей и Японией именно первая оказывается для нас несравнимо более нужной и незаменимой.

Единая Корея

В рамках западного, европейского взгляда на мир вопрос объединения КНДР и Республики Корея кажется чем-то невероятным, ведь между странами существуют серьезнейшие различия и противоречия – экономические, политические, идеологические, военные и т.д. – и поэтому к сегодняшнему дню накоплено множество острых проблем и взаимной ненависти. При таких исходных данных может показаться, что объединение возможно только через проигрыш / сдачу / поглощение одной из сторон, как это произошло с ГДР. В реальности, однако, все совсем не так, как кажется на самом деле.

Если говорить в привычных нам терминах, то Республика Корея представляет собой … кластер «родов» / чеболей (конгломерат активов под управлением семьи / рода), выступающих в качестве аналога Совета директоров государства. При спокойном геополитическом положении стратегический курс определяется путем скрытого от глаз консенсуса / торгов (драки в южнокорейском парламенте – вариант комедии дель арте). Представители чеболей направлены в органы государственной власти, для внешнего наблюдателя таким способом формируется картинка обыкновенного демократического государства. Способные же взглянуть на второй слой обнаруживают капитализм с властью корпоратократии / олигархов, мало чем отличимый от выстраиваемого на Западе. Клановая структура видна лишь на третьем уровне, до которого мало кто доходит – да и зачем, если и так все ясно и понятно. В реальности значимая часть Кореи и Японии живет в «Мире кланов» / «Мире государств-корпораций», а в условиях всеобщей катастрофы именно вокруг этих структур и будет кристаллизоваться будущее обеих империй.

Слово «клан» употребляется здесь в привычном для нас западном понимании и не отождествляется с корейским «пой» (286 фамилий и 4179 пой).

Чеболи в Корее очень похожи на кейрецу / дзайбацу в Японии. Для последних характерна еще намного более древняя история, закрытость (в Корее больше меритократическо-бюрократического, чем аристократического), независимость (в Корее единое «Казначейство», банки не интегрированы в чеболи, в Японии они включены в вышеназванные) и большая скрытность. Становление же корейских структур происходило совсем недавно, в 1960-е – 1990-е годы и копировало опыт бывшей метрополии на островах. Многие из основателей находятся еще при деле, еще не ушли в тень и не передали управление «слугам рода», которых на Западе воспринимают как независимых менеджеров. Для примера, самый крупный из чеболей  Samsung официально контролирует 17% экономики страны, при том что формально реальному владельцу принадлежит лишь 0,5% (т.е. имеются свои аналоги сокрытия подлинных владельцев).

Если отбросить PR-составляющую, КНДР является всего лишь государством-корпорацией / крупнейшим чеболем, заточенным на армию, ВПК и спецслужбы. В результате мировой катастрофы в ближайшие года три экономика Южной Кореи обвалится на 50-60%, а Северная Корея практически не пострадает. В 2026-2027 гг. прогнозируется уход США из Юго-Восточной Азии вследствие ослабления империи. Что будет мешать в этих условиях Советам директоров двух Корей провести процедуру слияния, соединив чеболи по функционалу и передав безопасность клану Кимов и Ко?

Общественность будет против? Кроме групп не встроенных в корпорации и/или пропитанных западным духом граждан, общественников, журналистов, деятелей кино и т.д. – проще говоря, неудачников, с точки зрения большинства корейцев, остальные будут только рады. Будет ли это капитализмом или социализмом? Да наплевать корейцам на эти «измы», выровняют они немного уровень распределения конечного потребления и успокоятся, что в условиях указанной выше катастрофы / обвала не так уж и сложно будет сделать.

И, да, каждый раз, когда в США затевали речь о давлении на/ ограничении южнокорейских компаний / чеболей, КНДР проводила очередное испытание, превращая тем самым для Запада любые попытки давления на родню с юга в подлый, осуждаемый и недопустимый удар в спину союзника.

Таким образом, можно предположить, что если в рамках нашего традиционного, европейского восприятия воссоединение двух Корей кажется чем-то невероятным и странным, то для самих корейцев в нем не было бы ничего неожиданного. Структура корейского общества, контролирующая большую часть экономики, во многом является системой чеболей / кланов-корпораций.

При исчезновении давления внешних сил, на фоне мировой катастрофы и резкого падения уровня жизни, объединение КНДР, во многом являющейся крупным чеболем, с Республикой Кореей – в большой степени вопрос времени и целесообразности.

Итак, при построении стратегии будем исходить из наиболее сильного и вероятного сценария, требующего появления в среднесрочной перспективе единой страны, при других же раскладах говорить о субъектности не приходится, поскольку обе Кореи станут всего лишь объектами для поглощения.

Элиты и трудовые отношения в Корее

Во второй половине 20-го века в нищей и разграбленной Южной Корее происходил процесс чуть ли не искусственного выведения элит, когда под прикрытием развития рыночных отношений государство целенаправленно формировало чеболи (конгломераты компаний в частной собственности). В 1960-е – 1990-е годы для южнокорейских компаний были созданы привилегированные условия внутри и вне страны, открыты рынки сбыта развитых стран, чего, кстати, почти никогда не было у России. Разница традиций, культур и принципов сформировала перечисленные ниже очень значимые различия между двумя названными странами, которые оказали влияние не только на существующую ситуацию, но и на перспективы [«в Корее» / «в России»]:

  • создание и развитие производства с нуля, усложнение технологий (текстиль, металлургия, машиностроение, микроэлектроника, робототехника) / просто раздача (приватизация) самых доходных современных существующих активов;
  • распаковка, доводка заимствованных технологий / использование собственных технологий;
  • естественный отбор лучших компаний, владельцев – помощь лучшим и безжалостные наказания для несправляющихся / раздача государственного добра «своим» и, соответственно, отрицательный отбор;
  • невмешательство владельцев чеболей в текущее управление страной / спад влияния олигархов лишь начиная с 2000-х годов;
  • культурное опосредование социальных лестниц внутри корпораций / перекрытие социальной мобильности;
  • избавление компаний от не имеющих перспектив и переступивших возрастной предел в 50 лет сотрудников / всеобщее «сидение на должностях» до последнего;
  • примат стажа над навыками и достижениями / примат навыков и достижений над стажем;
  • жесткий график работы – 10-12 часов в сутки и 6 дней в неделю / 40-часовая в среднем рабочая неделя;
  • жесткая иерархия, контроль начальством всех сфер жизни (обязательные совместные пьянки с начальником, помощь в поиске пары и т.д.) / низкая дистанция власти, непререкаемое разделение работы и личной жизни;
  • работа на десятилетия – приход не на должность, а в компанию / высокая мобильность, вторичность места работы, важность ее содержания;
  • культ экзаменов и отличников, необходимость быть лучшим во всем с самого детства / важность текущих характеристик и перспектив.

В Южной Корее выращивали «олигархов», усложняя задачи и помогая лучшим, в России – множество сверхавантюрных карьер, отчего первое поколение корейских владельцев по своим профессиональным и управленческим качествам в разы превосходит наших. Убери от чеболей помощь государства и ничего более не меняй – будет трудно, но выживут, даже на мировых рынках окажутся вполне успешными. Убери от российских олигархических компаний помощь государства – начнут загибаться.

С другой стороны, корейские компании слишком привыкли работать в прогнозируемых и стабильных условиях, используя по полной глобальную открытую экономику, доступ к технологиям, коллективную работоспособность и трудоголизм. У них имеется очень любопытная смесь доиндустриальных, клановых принципов социальных отношений с современными технологиями. Привычный западный концепт постиндустриального общества раскрывается здесь совершенно по-иному. Проблема корейцев – отсутствие творческого подхода и вариативности (так построены система образования и воспитания), как в известном анекдоте про студента и обезьяну: некогда думать, прыгать надо.

И, да, возможный союз России с Кореей (стратегия «Царица морей» и др.) потребует коммуникаций и договоренностей с нашими крупными компаниями, в первую очередь государственными, на уровне как государств, так и чеболей.

Таким образом, поразительно, но всего немногим более чем за полвека Республике Корея, удалось, взяв за основу японские кейрецу, сформировать национальную элиту, фактически контролирующую страну. В отличие от России, создание олигархата не только не привело к уничтожению экономики, но, наоборот, позволило сформировать систему с меритократическими чертами, пусть и в очень урезанном виде.

Расклад сил в Восточной Азии

На Дальнем Востоке есть три страны, взаимоотношения между которыми в ближайшие 40 лет будут оказывать важнейшее влияние на мир вплоть до появления нового гегемона или конфигурации Триполярного мира. Это Китай, Япония и Корея. Все три имеют сложные исторические взаимосвязи, обиды и противоречия, у каждой страны своё представление и цели на будущее.

Общие черты Китая, Японии и Кореи

Рис.1. Общие черты Китая, Японии и Кореи

На рисунке 1 показаны пересечения и общие черты, характерные для всех вместе и по парам. Легко заметить, что ни о каком едином культурном пространстве как в настоящем, так и в будущем речи не идет. Большой интерес представляют общие традиции, китайская письменность и активно идущие процессы христианизации. В условиях катастрофы / распада глобальной мир-системы единство трех стран возможно лишь при доминировании Китая, что в перспективе приведет к превращению японцев и корейцев в субъэтносы, вряд ли, правда, последних устраивающее.

В этом треугольнике Корея занимает промежуточное положение, имея с соседями как общее, так и существенные различия, сопровождаемые историческими обидами. У любого народа есть своя фольклорная, мифологизированная история, наполненная абсурдом, корейцы в этом не исключение. Так вот, практически все проблемы, вплоть до низкорослости, сводятся в ней к последствиям японской оккупации. Принципиальны также незначительные территориальные претензии и споры вокруг островов и скал, например, у Республики Корея есть даже претензия на о. Олений (Ноктундо) , площадью 32 кв. км.,  на границе России и КНДР. Аналогичны претензии на Яньбянь-Корейский АО (Китай), ряд других островов / скал и т.д.

Многое в культуре современной Кореи связано с конфуцианством, так,  период Корё (918-1392 гг.) являлся торжеством меритократо-бюрократической системы управления (очень похоже на Империю Мин), когда около 50% высших чиновников происходило не из чиновничьих семей. Во времена Чосон (1392-1910 гг.) произошла аристократизация, около 30 пой (самых знатных 10) янбанов (изначально «дворяне», позже – высшее сословие) контролировали страну. Для сравнения, в Японии аристократия существовала изначально, в 7-11 вв. представители всего 4 родов формировали до 45% высшего чиновничества.

В рамках мечтаний о Большой Корее ведется разговор о единстве в рамках алтайской группы языков (тюрки, монголы, тунгусы), хотя у большей части исследователей принадлежность к ней корейского языка вызывает вопросы, не говоря уже о японском, родство которого с алтайскими сложно продемонстрировать даже при самом большом желании.


Ключевые противоречия в Юго-Восточной Азии

Рис. 2. Ключевые противоречия в Юго-Восточной Азии

На рисунке 2 схематически представлены основные противоречия и стратегические задачи / взаимные интересы ключевых игроков в Восточной Азии в 2025-2040 гг.: восстановление после мировой катастрофы, мир панрегионов, переход в 6-й технологический уклад.

Корея занимает здесь важное место, рискуя стать яблоком раздора. Если бы была возможность стабильного существования нескольких полюсов, вопросов бы не было – Корею бы спасала многовекторная политика. Сложность состоит в невозможности многополюсной конфигурации: у Китая проблем с формированием панрегиона не будет, у России всегда остается вариант «Третий Рим» (контроль над Восточной и Центральной Европой), у Японии шансов нет – быть независимой региональной державой не позволит расположенный рядом Китай. Япония к концу 2020-х будет вынуждена войти младшим партнером в чужой панрегион и/или её ждет война с Китаем.

Оптимальный вариант для Кореи – стать младшим партнером России, обе смогут в этом случае частично решить свои остро насущные задачи.

И, да, без контроля над Кореей, Японией и Ираном, у Китая будут большие проблемы с переходом в 6-й уклад и сохранением целостности в 2040-е годы…

Таким образом, очевидно, что геополитическое положение Кореи оставляет желать лучшего, так как находящиеся рядом Китай и Япония будут стремиться использовать её в своих интересах, практически не оставляя пространства для маневра. Имея много общего со своими соседями, Корея, тем не менее, накопила в их отношении, особенно это касается Японии, большое количество исторических обид.

Самым опасным соседом для Кореи, несомненно, является Китай, обладающий многовековым опытом ассимиляции разных народов в себя с использованием для этого единой иероглифической письменности и апелляцией к единству культурных корней. Вхождение в состав Поднебесной в течение 1,5-2 поколений с неизбежностью приведет к утрате этнической идентичности и превращению корейцев в 11-й субъэтнос китайцев.

Стратегия Кореи

В отличие от большинства стран в мире, не имеющих потенциала для статуса геостратегического игрока и формирования собственного панрегиона, у Кореи есть возможность выбора своего будущего. Уникальное сочетание важных и востребованных отраслей (микроэлектроника, робототехника и судостроение) делает корейцев желанным союзником и младшим партнером в любом альянсе. Постоянное военное напряжение между Севером, Югом и Японией ведет к развитию военной компоненты. Все наслышаны про ядерную ракетную программу КНДР, однако и Республика Корея тоже доказывает, что она, говоря по-русски, не лыком шита: в частности, она освоила возможность стрельбы баллистическими ракетами из-под воды, активно развивает ракетную программу и строит современный флот.

Ключевая проблема Кореи – география, если бы она располагалась не на материке и не была «прижата» Китаем, то расклад в регионе был бы совсем иным – Корея с Японией вполне могли навязать Поднебесной долгое морское противостояние, сдерживая и ограничивая тем самым её развитие. Если бы Корея располагалась в другом регионе, она вполне могла бы поспорить за статус великой морской державы и даже за счет дальних внешних рынков перейти в 6-й уклад, пока там США разбираются с внутренними проблемами. Но Корее не повезло.

Поле стратегий Кореи

Рис. 3. Поле стратегий Кореи

Корейский полуостров очень уязвим и находится в центре одного из важнейших на ближайших 20 лет противостояний, отсидеться в стороне не получится. Рассмотрим основные шаги / этапы стратегии Кореи.

Шаг 1. Период 2022-2026 годов будет характеризоваться в мире катастрофическими изменениями, уровень реальной экономики Республики Корея упадет до 50-60%% относительно 2019 года (в КНДР перемены будут не столь сильны). Значимая часть производственных цепочек, в первую очередь ориентированных на экспорт, разрушится, рухнут и экономические связи с Китаем и Японией.

В эти годы элитам обеих Корей станет необходимо определиться со своим будущем и подготовить все для объединения, а также провести переговоры со всеми потенциальными партнерами, максимально при этом сохраняя неопределенность.

Шаг 2. Ключевым для будущего Кореи будет уход США из Восточной Азии (2026-2027 гг.), что резко ослабит Южную Корею. Время, за которое Республике Корея и КНДР нужно будет максимально быстро объединиться, не дав повода вмешаться в процесс третьим силам, в первую очередь Китаю, будет измеряться месяцами. После объединения Корея станет намного более сильным и неудобным для поглощения и взятия под контроль объектом, нивелируется зависимость Севера от Китая, резко возрастет субъектность.

Шаг 3. Следующий выбор будет не столь сжат по времени, он будет заключаться в определении панрегиона, в который единая Корея будет вынуждена войти (по мере снижения вероятности):

  • многовекторная политика, попытка сохранить нейтралитет при столкновении Китая и Японии – инерционный вариант, отсрочка на несколько лет, по мере усиления влияния Китая выбор все равно придется делать;
  • вхождение в состав Китая – культурная и этническая ассимиляция, донорство / вывоз технологий, резкое повышение шансов Китая на переход в 6-й технологический уклада в 2035-2040 гг.;
  • младший партнер России – очень высокая автономия, защита от Китая, доступ к необходимым ресурсам, помощь в создании технологий, реализация больших проектов, переход в 6-й уклад;
  • младший партнер Японии – подчинение Японии, жесткое противостояние с Китаем вплоть до войны и оккупации;
  • младший партнер / «остров свободы» внешнего игрока (Британия, Индия и др.) – ограничение доступа к ресурсам, замедление развития, блокада и удушение при попустительстве всех соседей;
  • создание своего панрегиона – противостояние с Китаем и Японией, война без шансов на успех.

С точки зрения сохранения собственной идентичности и субъектности, оптимальным для Кореи является союз с Россией. Инерционный же, наиболее вероятный сценарий при отказе от проведения активной политики – поглощение Китаем.

Шаг 4. Результат выбора Кореи на предыдущем шаге будет определять её судьбу, в последующие десятилетия она будет вынуждена идти в чужом фарватере: Китая, Японии или России.

Наибольшие перспективы – в союзе с Россией в рамках ориентированной на развитие Дальнего Востока и Сибири стратегии «Царица морей», хотя даже при европейском выборе «Третий Рим», Дальний Восток России будет развиваться, а ресурсы Сибири, вместо Китая, пойдут в Корею.

Таким образом, в ближайшие годы перед Кореей стоят две важнейшие задачи – объединиться и войти в панрегион на максимально выгодных условиях. География сыграла с Кореей злую шутку, будь она расположена в любом другом регионе мира или хотя бы на острове в Юго-Восточной Азии, речь бы шла о формировании собственного панрегиона на принципах державы / империи моря и обретении статуса одной из ведущих держав мира.

Наличие 17-километровой речной границы между Россией и КНДР дает некоторый шанс на формирование их полноценной грядущей связанности, в ином случае судьба Кореи будет однозначной – притяжение Китая очень сильно.

Резюме

Среди небольшого числа стран, способных претендовать на субъектность и статус региональной державы / младшего партнера в панрегионе, необходимо рассматривать единую Корею. Объединение КНДР и Республики Корея лишь в рамках истеричной, ориентированной на туповатого внешнего зрителя пропаганды кажется чем-то удивительным, для самих же корейцев все просто – два кластера чеболей / кланов-корпораций объединятся в единый кластер, наплевав на всякие «-измы».

В плане геополитического расклада Корее очень не повезло, практически любое другое местоположение дало бы ей хорошие шансы стать державой / империей моря, возможность побороться за формирование панрегиона и приоритет при переходе в 6-й технологический уклад. Давление и нахождение на прямой линии противостояния Китая с Японией, а также крайне высокий расчет последних на её поглощение и ассимиляцию делает ситуацию крайне опасной.

Выбор Кореи – поглощение её Китаем или включение в панрегион России – во многом определяет мировую геополитику на ближайшие десятилетия и практически гарантирует старшему партнеру после мировой катастрофы переход в 6-й технологический уклад в 2035–2040 гг.

России настоятельно необходимо заранее достигнуть предварительных договоренностей по линии как государства, так и крупнейших корейских чеболей – отечественных госкорпораций о форматах дальнейшего сосуществования, а также начать реализовывать проекты, которые можно будет быстро переориентировать на повышение экономической (поставка энергии, продукции переделов, сельского хозяйства и др.), технологической, военной (совместные проекты в области судостроения, развертывания общих систем защиты), культурной (проекты сотрудничества в первую очередь по линии РПЦ), транспортной (расширение Транссиба и создание коридора через Корейский полуостров) и др. составляющих сотрудничества с Республикой Корея.


Заметили ошибку в тексте? Сообщите об этом нам.
Выделите предложение целиком и нажмите CTRL+ENTER.


Оцените статью

Спасибо за обращение

Вам запрещено оценивать комментарии.
Обратитесь в администрацию.