Что движет популизмом  7

Человек и общество

12.07.2019 08:01

Вести Экономика

952  5.5 (2)  

Что движет популизмом

Культура или экономика? Этот вопрос формулирует большинство споров о современном популизме

Являются ли президентство Дональда Трампа, Брекзит и рост праворадикальных нативистских политических партий в континентальной Европе следствием углубляющегося разрыва в ценностях между социальными консерваторами и социальными либералами, которые первыми поддержали ксенофобных, этнонационалистических и авторитарных политиков? Или они отражают экономическое беспокойство и нестабильность многих избирателей, вызванные финансовыми кризисами, жесткой экономией и глобализацией?

Многое зависит от ответа. Если авторитарный популизм коренится в экономике, то подходящим решением является популизм другого рода – нацеленный на экономическую несправедливость и интеграцию, но плюралистический в своей политике и не обязательно разрушительный для демократии, пишет в своей статье на Project Syndicate профессор социальных наук Института перспективных исследований Принстонского университета Дэни Родрик.


Однако, если это основано на культуре и ценностях, тогда вариантов меньше. Либеральная демократия может быть обречена на собственную внутреннюю динамику и противоречия.

«Некоторые версии культурного аргумента могут быть отвергнуты сразу. Например, многие комментаторы в Соединенных Штатах сосредоточились на призывах Трампа к расизму. Но расизм в той или иной форме был неотъемлемой частью американского общества и сам по себе не может нам ответить, почему манипулирование им со стороны Трампа оказалось столь популярно. Константа не может объяснить перемены.

Другие мнения еще более сложные. Наиболее основательная и амбициозная версия аргумента культурной реакции была выдвинута моими коллегами из Гарвардской школы Кеннеди Пиппой Норрис и Рональдом Инглхартом из Мичиганского университета. В недавно вышедшей книге они утверждают, что авторитарный популизм является следствием длительного изменения ценностей поколений.

По мере того как молодые поколения становятся богаче, образованнее и более защищенными, они принимают «постматериальные» ценности, которые подчеркивают секуляризм, личную автономию и разнообразие за счет религиозности, традиционных семейных структур и соответствия. Старшие поколения отчуждаются, фактически становясь чужими на своей земле. Несмотря на то что сегодня традиционалисты численно являются меньшей группой, они голосуют большим числом и политически более активны.

Уилл Уилкинсон из Центра Нисканена недавно выступил с аналогичным аргументом, сосредоточив, в частности, внимание на роли урбанизации. Уилкинсон утверждает, что урбанизация – это процесс пространственной классификации, которая разделяет общество с точки зрения не только экономической конъюнктуры, но и культурных ценностей. Это создает процветающие, многокультурные, высокоплотные районы, где преобладают социально-либеральные ценности. И это оставляет позади сельские районы и небольшие городские центры, которые становятся все более однородными с точки зрения социального консерватизма и неприязни к разнообразию. 

Более того, этот процесс самоусиливается: экономический успех в крупных городах подтверждает городские ценности, в то время как самоотбор в миграции из отстающих регионов еще больше усиливает дальнейшую поляризацию. Как в Европе, так и в США, однородные, социально консервативные районы составляют основу поддержки нативистских популистов.

Другая сторона этого спора – экономисты – подготовила ряд исследований, которые связывают политическую поддержку популистов с экономическими потрясениями. И то, что, пожалуй, является самым известным среди этого – Дэвид Аутор, Дэвид Дорн, Гордон Хансон и Каве Маджлеси из Массачусетского технологического института, Университета Цюриха, Калифорнийского университета в Сан-Диего и Университета Лунда соответственно, – показало, что голоса, отданные Трампу на президентских выборах 2016 г. в общинах США, были тесно взаимосвязаны с масштабами неблагоприятных торговых потрясений Китая. При прочих равных условиях, чем больше потеря рабочих мест из-за растущего импорта из Китая, тем выше поддержка Трампа.

Действительно, согласно Аутору, Дорну, Хансону и Маджлеси торговые потрясения в Китае, возможно, являются непосредственной причиной победы Трампа на выборах в 2016 г. Их оценки предполагают, что если бы проникновение импорта было на 50% ниже, чем фактический показатель за период с 2002-2014 гг., кандидат в президенты от Демократической партии одержал бы победу в важнейших штатах Мичиган, Висконсин и Пенсильвания, что сделало бы Хиллари Клинтон победителем выборов.

Другие эмпирические исследования дали аналогичные результаты для Западной Европы. Было выявлено, что более широкое проникновение китайского импорта связано с поддержкой Брекзита в Великобритании и ростом крайне правых националистических партий в континентальной Европе. Жесткая экономия и более широкие меры экономической нестабильности также сыграли статистически значимую роль. А в Швеции рост нестабильности на рынке труда эмпирически связан с ростом крайне правых шведских демократов.

Может показаться, что культурные и экономические аргументы находятся в натянутых отношениях, если не противоречат друг другу. Но, читая между строк, можно различить тип конвергенции. Поскольку культурные тенденции, такие как ценности, продвигаемые постматериализмом и урбанизацией, носят долгосрочный характер, они не учитывают полностью время возникновения популистской ответной реакции. (Норрис и Инглхарт в основу доводов ставят переломный момент, при котором социально консервативные группы стали меньшинством, но все еще обладают непропорциональной политической властью.) И те, кто выступают за первенство культурных объяснений, на самом деле не отвергают роль экономических потрясений. Эти потрясения, утверждают они, усугубляют и обостряют культурные противоречия, давая авторитарным популистам дополнительный толчок, который им необходим. 

Например, Норрис и Инглхарт, утверждают, что «среднесрочные экономические условия и рост социального разнообразия» ускорили негативную культурную реакцию, и в своей эмпирической работе показывают, что экономические факторы сыграли свою роль в поддержке популистских партий. Точно так же Уилкинсон подчеркивает, что «расовый страх» и «экономический страх» не являются альтернативными гипотезами, так как экономические потрясения значительно усилили культурное разделение под влиянием урбанизации. Со своей стороны, экономические детерминисты должны признать, что такие факторы, как торговые потрясения в Китае, происходят не в вакууме, а в контексте уже существующих социальных расхождений по социально-культурным признакам.

В конечном счете точный анализ причин, стоящих за ростом авторитарного популизма, может быть менее важным, чем извлеченные из него политические уроки. Тут практически нет разногласий. Экономические средства правовой защиты от неравенства и отсутствия безопасности имеют первостепенное значение»


Оцените статью

Спасибо за обращение

Вам запрещено оценивать комментарии.
Обратитесь в администрацию.

Укажите причину