Неопатриархальный потенциал в основе мобилизационного социодизайна  106

Интегральный взгляд

10.03.2020 10:00

Михаил Елизаров

3233  7.7 (9)  

Неопатриархальный потенциал в основе мобилизационного социодизайна

В статье уважаемому читателю предлагается ознакомиться с новым элементом мобилизационного социодизайна (под кодовым названием «неопатриархат»), идея которого в высвобождении и последующем интенсивном использовании мускулинного потенциала системы, представляющего собой мощный актив, зажатый в обычных условиях в жесткие рамки гуманистической «морали» и ювенально-феминистской  юстиции

Формулировка проблемы. Хотелось поблагодарить всех участников прошедших дебатов («баттла», выражаясь в духе времени). Нельзя, конечно, похвастаться огромным количеством ценных комментариев из аудитории, но мы с Владимиром, по крайней мере, силами померялись и оба остались довольны, хотя и при своих. Безусловно, Теория Трудовой Стоимости обладает сильной эмоциональной эстетикой и привлекательностью, но объективно предполагает опору на чрезвычайно высокий уровень индивидуальной сознательности, что пока выглядит очень отдаленной перспективой.

При этом нельзя исключать каких-то локальных проявлений духовной чистоты, например, на уровне общин, объединенных какой-то высокой идеологией. На малых масштабах достаточно и ручного самоуправления, но при разрастании появится необходимость становления новых механизмов регулирования внутренней хозяйственной деятельности, которые априори должны исключать любые проявления стяжательства. И методология Трудовой Стоимости здесь вполне подходит, хотя и не является панацеей. Возможны и другие варианты, на чем, собственно мы с Владимиром и сошлись.

Но что касается современного человека – плоть от плоти порождения безграничной алчности, то с ним такие шутки не пройдут. Эгоистичную сущность необходимо ограничивать, задавая узкий коридор возможностей в общественно полезном направлении. Это либо непосредственное  принуждение (грубо говоря, Северокорейский режим), либо скрытая его форма в виде экономического рабства (Штаты – яркий пример) – деньги безупречно справляются с задачей репрессивного аппарата.

Что дальше? То, что современный мир очень быстро тонет в своей безудержной жажде потребления, уже не для кого не секрет. Это, конечно, не значит, что рынок достиг своих естественных границ и поэтому непременно должен рухнуть. Такая ситуация может продолжаться еще очень долго за счет создания новых все более причудливые потребительских ниш, ловко навязываемых обывателю.

Но это все про поиск и удовлетворение каких-то скрытых потребностей человека, а реальный технический прогресс при этом застыл. Развитие остановилось. Неэффективность сквозит во всем. Государство более не справляется со своим базовым функционалом. Наука не в состоянии решить ни одну серьезную фундаментальную проблему. В искусстве происходит что-то невнятно-деструктивное. Про кризис перепроизводства (10-30% продуктов питания просто выбрасывается) и мусорный коллапс я, вообще, молчу. Западная цивилизация попросту вымирает, так как базовый институт репродукции разрушен и количественное воспроизводство затормозилось. Это ли не явный признак откровенной деградации?

А виною всему пресловутая глобализация. Мир стал един. Ему больше не за чем развиваться. Вот он потихоньку и подгнивает, убаюкивая себя мантрами про гуманистические идеалы. Но эволюционный вектор не обманешь. Обязательно родится какой-нибудь геополитический мутант, который спровоцирует очередной цивилизационный вызов, а возможно, даже новое направление развития общественных форм. И ждать осталось, похоже, уже недолго. Апокалиптическая картинка проявляется все боле явственно. Запах пороха становится сильней. И все больше абсурда в нашей реальности.

Конечно, люди это видят и начинают задумываться… И мысли эти неизбежно приводят к осознанию всей безнадежности грядущих перспектив. У многих рано или поздно возникает очень логичный вопрос – а какой, вообще, смысл барахтаться в этом разлагающемся гниющем болоте, где даже нет возможности реализовать свои традиционно-базовые программы. Сегодня создание полноценной крепкой семьи выглядит задачей совершенно фантастической, не говоря уже о какой-то более масштабной социальной полезности. Зато в качестве новой морали нам пытаются навязать экологический психоз в стиле несчастной девочки Гретты.

Только вдумайтесь – стерильное общество, генерирующее таких вот рафинированных девочек… Да, оно вымрет в одно поколение. Вместо того чтобы рожать, они, конечно, предпочтут заниматься общественной деятельностью. Безусловно, это намного веселее, чем возиться с пеленками. Другими словами, человечеству стало стыдно за антисанитарию собственной жизнедеятельности и оно решило ускоренными темпами очистить планету от всевозможного мусора и от себя в том числе. Но, боюсь, такой сценарий не вписывается в Высший Замысел. Вряд ли Хомо уже решил свою эволюционную задачу…

Неизбежный исход. В любом случае, вокруг накопилось столько всего непотребного, что терпеть это более невозможно. Необходимо как-то обособляться, обрубая и выдавливая их себя гнилостные метастазы. Какой-то другой более адекватный ответ сложно даже представить. Допустим, что вдруг нашелся чудак, которому больше всех надо – его, видите ли, не устраивает привычное для сегодняшнего обывателя праздное существование – хочет создать семью и воспитать детей. Но как бы не так… Обязательно выйдет неувязочка. При первой же попытке открыть рот и нравоучительно поднять  указательный палец тут же набежит толпа мамочек, бабушек, тетушек во главе с представителем опеки. А дальше развод, раздел имущества, алименты и одинокая старость. Немногие на это готовы. Поэтому проще не высовываться...

Осмелюсь утверждать, что только в условиях самоизоляции можно всего этого избежать. Для многих это единственный шанс достойно самореализоваться, а для общества в целом – любопытный эксперимент – поиск новых эффективных форм в перспективе грядущих социальных трансформаций. При этом, думаю, можно мыслить экстерриториально, не цепляясь за какую-то конкретную юрисдикцию. Существующие государственные образования и так трещат по швам. А глобальный центр по своему обыкновению продолжает добивать и перемалывать их остатки, подпитываясь «энергией» этого хаоса. Но в какой-то степени они сами роют себе могилу, упрощая задачу будущим оппонентам. Ведь в броуновском аморфном болоте пробиться проще, чем в жесткой агрессивной среде, так как сопротивление меньше.

Главное – определиться, как жить дальше, то есть принять за основу какую-то четкую ценностную платформу, на базе которой люди уже смогут объединяться. Мегаполисы, конечно, не самое удачное место – в них слишком сильны деструктивные водовороты. Для компактного проживания близких по духу людей много подходящих и при этом очень живописных мест – от Кавказа, до Алтая, где никто особо мешать не будет, так сказать, становлению нового общества. Более того, даже нормативная база для замкнутых общин уже разработана – законодательство о потребкооперации…

Сверхпотребление. Многие заметят, что все это старо как мир. Таких поселений – не сосчитать, но ничего толкового из них не выходит. Да, и это медицинский факт. Но в чем причина? Осмелюсь предположить, что здесь опять не обошлось без эко-фанатизма. Ведь все эти горе-поселенцы только и твердят про чистые сельхоз продукты. В основе своей это банальные эгоисты, которые просто ищут дополнительного жизненного комфорта, то есть ориентированы на эксклюзив, а привычное изобилие «Перекрестка» или «Пятерочки» их уже не устраивает.

Доводилось даже слышать такие перлы, типа – много то не нужно, просто жить бы на необитаемом острове, питаться свежими фруктами с дерева, работать удаленно, а в оставшееся время заниматься серфингом. Да, не слабо! Личный остров в океане с проведенным интернетом и невидимым персоналом, который незаметно создает все необходимые условия. Представляю, сколько стоит такая мечта… Проблема любого экопоселения – априори эгоцентрический микроклимат и гедонический лейтмотив всего этого «движа», что быстро разлагает коллективный дух.

Кибуцы. Но успешные примеры в истории все-таки были. Да, в памяти, конечно, всплывают знаменитые еврейские поселения-коммуны, которые продемонстрировали удивительный потенциал живучести. Причем в них вливались совершенно посторонние друг другу люди, что не мешало создавать очень эффективные сообщества на чисто коллективистской основе, которые, к слову сказать, выступили точкам кристаллизации принципиально новой организационно-политической системы, в последствии закрепившейся на данной территории и до сих пор процветающей во враждебном окружении.

Безусловно, главным отличием колонистов-репатриантов был высокий идеологический накал и жесткая аскеза, выстраданные в период Второй Мировой Войны. И эта комбинация признаков, безусловно, явилась точкой роста системы в самых неблагоприятных для этого условиях, на что стоит обратить особе внимание. Причем, если задуматься, то никаких противоречий в этом нет. Идеология задает интегральный вектор развития, то есть тот узкий коридорчик, который оставляет себе человек для реализации своих жизненных планов. Аскеза пресекает диссипативное рассеивание ресурсов, которые направляются на решение общественных задач. А дальше все просто – если новая система окажется организационно более эффективной, чем окружение, то она неизбежно начнет его пожирать и расти, что, собственно, и произошло в описанном примере.

Необходимо подчеркнуть, что эффективность здесь понимается в широком смысле как выраженная склонность к саморазвитию, что возможно только на основе технологического прогресса. И это принципиально отличает условную кибуцу, где по соседству с рядовыми тружениками селились ученые, инженеры, писатели (можно сказать, цвет общества) от всевозможных реакционных сект, типа амишей.

Грубо говоря, не хотелось бы повторять судьбу староверов, которые ради благой цели принесли себя в жертву, но так и не смогли добиться своей правды, оставшись конфессиональным реликтом в тени социальной жизни. Уходить есть смысл только для того, чтобы потом вернуться с новой более эффективной программой социального устройства. Вот ее то и нужно продумать, описать и отработать.


Важно, что любая технология – лишь результат организационной зрелости общества. Не секрет, что масса изобретений пылится на архивных полках десятилетиями, пока коллективный разум не дорастет до нужной планки. Другими словами, уровень цивилизационного развития первичен. Но что именно  обеспечивает его рост? Конечно, высокая творческая активность. Но сама по себе она беспомощна. Важен спрос на нее. А это всегда мощные системные амбиции.

Мускулинность. Иначе – новые общественные формы, готовые бросить вызов существующему миропорядку, должны быть не только продвинутыми, но и достаточно агрессивными, чтобы обеспечивать технологические прорывы, необходимые для продолжительной борьбы за выживание в априори недружественной среде. А залог успеха в сильной идеологии, питающей амбиции превосходства, эстетике аскетизма и сакрализации творчества. И все эти критерии однозначно вписываются в классический мускулинный набор – комплекс качеств, свойственных, главным образом, мужскому типу сознания (безусловно, встречающихся и у женщин на уровне статистической погрешности).

Здесь необходимо отметить, что эволюция Хомо вылилась в четкую гендерную специализацию (это не авторские домыслы, а научно-обоснованная широко известная теория). Мужчину природа четко сориентировала на поиск (добычи, новых мест обитания, методов и способов выживания), а женщину – на поддержание/сохранение (очага, удачного опыта, генетических признаков). Это напоминает принцип диверсификации активов – часть средств вкладывается в какие-то новые высоко-рисковые продукты, но с очень молниеносной отдачей, а остальное – в консервативные активы (банковский депозит, облигации).

Другими словами, с организационной точки зрения, гендерная специфика позволяет выделить соответствующие категории управленческих ресурсов. Важно, что здесь не применимы качественные оценки типа хуже/лучше – они просто принципиально разные. Как работает эта нейрофизиологическая дивергенция до конца неизвестно. Вероятно, что-то происходит в ассоциативных участках мужского мозга, возбуждая воспаленное воображение, выступающее внутренним посылом к действию. Женское сознание значительно гармоничнее, что в норме направляет процесс мышления в сторону баланса, снижая риски, избегая перегибов, что, кстати, объясняет, высокую востребованность слабого пола в среднем звене управления (в РФ около 70%).

Женский менеджмент неконфликтный, безрисковый, низкокоррупционный, как говорится, без сюрпризов, то есть очень комфортный для высшего руководства. И это объясняет феномен глобальной феминизации. В отсутствие геополитической конкуренции нет никакого смысла рисковать. Правильнее придерживаться какой-то безопасной стратегии, компромиссной, с точки зрения динамики роста. Но вот проблема – общее замедление превращается в постепенное скатывание в яму глубокой стагнации, которая протекает незаметно, так как происходит везде одновременно, сохраняя относительное ощущение комфорта. Да, это безупречная работа Второго Начала, которая так и будет продолжаться, пока не вспыхнет очаг нового порядка, что неотвратимо... Единственный вопрос – каким он будет?

Ответ очевиден, чтобы чему-то маленькому быстро нарастить мощь и вступить в конкурентную борьбы с серьезными игроками, нельзя просто довольствоваться «депозитом». Так никогда не вырастешь. Придется работать с рисками, что требует проактивности и творческого подхода. Именно о такой стратегии, грубо говоря, на основе утилизации мускулинного потенциала и пойдет речь...

«Неопатриархат». Здесь сразу необходимо подчеркнуть, что применяемая терминология очень условна и не имеет непосредственного отношения к социально-гендерным аспектам. Предлагается поразмышлять на тему управленческого потенциала различных организационных ресурсов, исключительно с точки зрения осуществлению цивилизационного прорыва. Фигурально выражаясь, в топку истории необходимо закинуть огромное количество мускулинной энергии, которую нужно сначала высвободить, то есть недвусмысленно признать ее исключительную ценность и приоритетность, что возможно только  через установление формальной доминанты ее носителей, по крайней мере на время мобилизационного периода.

Да, мощные «неопатриархальные» трансформации, в какой-то степени, выглядят неизбежностью, хотя, скорее всего, окажутся временной мерой. Но в этот период обществу придется занять значительно более прагматичную позицию, поступившись гуманистической уравниловкой, которая выступает каналом роста энтропии и очевидным препятствием для решения задачи опережающего развития. Вариабельность признаков и поведенческих проявлений  настолько высока, что этот аспект просто нельзя не учитывать в продвинутом социодизайне.

Новый культурный код должен недвусмысленно требовать отдачи от людей, обладающих высоким потенциалом. Они – незаменимое топливо эволюционного эксперимента. Заблуждение думать, что гендерные признаки всегда являются определяющими. Как выяснилось, логический аппарат мышления от пола, вообще, не зависит. Более того, проблемой выглядит очень сильный разброс умственных способностей у мужчин (от откровенной посредственности до гениальности) – процент реально продвинутых невысок, а реально талантливых – просто мизер, но они есть, являясь важнейшим фактором прогресса. У женщин значительно более ровная ситуация – незначительные колебания вблизи средних значений.

По большому счету, новый технологический уклад остро нуждается в творческой гениальности. Кроме того, в созидательных процессах  задействуется передовой актив, обладающий повышенным потенциалом. Остальные, как это не печально – лишь массовка, необходимая, грубо говоря, для статистической выборки, то есть чтобы общество поставляло в систему необходимое количество талантов, имеющих случайное генетическое распределение.

Но это касается мужчин, а как быть со слабым полом? Очевидно, что посильный для средне-одаренного женского начала функционал будет очень скоро автоматизирован. Более того, репродукцию можно перевести в лабораторный режим, да и вообще базовую задачу сохранения любого опыта (генетического, методологического, поведенческого) решать на какой-то новой технологической платформе.

И здесь возникает проблема морфогенеза. В естественной среде это выражается в том, что все ненужно атрофируется, отваливается (как хвост у человека). Так устроена природа. Она не будет поддерживать изживший себя реликт. Аргумент из серии, женщина незаменима для мужчины в плане любви не принимается, так как здесь возможны альтернативы и всякого рода сублимации (сознание человека – очень гибкая вещь), это направление может просто вылиться в какую-то техногенную форму удовлетворения конкретных базовых потребностей.

Это все к тому, что в какой-то степени слабый пол, в первую очередь, должен быть заинтересован в удержании своей естественной ниши, всячески препятствуя развитию искусственной репродукции, подобно таксистам, демпингующим развитие искусственного интеллекта в транспортных услугах. Как это ни парадоксально, но именно женщина – главный выгодоприобретатель неоконсервативного  сценария, который априори оставляет за ней надежную работу – воспроизводство, обеспечивая необходимыми гарантиями и ресурсами. Мужчине уготована менее завидная роль. Он превращается в топливо для процессов становления, внутреннего роста и дальнейшей экспансии системы.

На пороге завтра. Запустить такие серьезные культурные трансформации в сложившейся ситуации жесткого подавления любого проявления мужского начала не представляется возможным. Ему просто не позволяют раскрыться через табуирование во всех общественных институтах, ювенальную юстицию и матриархальную «мораль». Победить систему изнутри не получится. Яркое тому подтверждение – провалившееся «мускулинное» движение, быстро выродившееся в жалкое отзеркаливание феминизма, возбуждающее лишь ненависть и нигилизм без намека на конструктив. Да, мегаполисы – не самое подходящее место для возрождения сильного духа. Поэтому придется искать какие-то более благоприятные ниши или даже юрисдикции, что, кстати, тоже очень перспективно, так как проблема не локальна и движение вполне может приобрести международный характер.

Как будет устроен быт и организационная структура этих новых общественных форм, сказать сложно, в том числе в части применения денежных эквивалентов. Честно говоря, нет уверенности  что с их помощью можно добиться какой-то адекватности в условиях быстрого перехода к виртуально-цифровой экономике. Даже сегодня перегибы уже налицо. Рынок не в состоянии их выправлять. Более того, он не заточен на определение реальной общественной ценности, так как отталкивается от интереса потребителя, то есть простого обывателя, у которого свои приоритеты, явно не соответствующие системным императивам.

Возможно, придется принципиально по-новому выстраивать цепочки полезности, так сказать от главной миссии системы, а распределение благ и задач при этом может, вообще, происходить через какую-нибудь продвинутую электронную платформу в натуральном выражении. Социальную структуру желательно проектировать таким образом, чтобы высвободить ценный мускулинный потенциал и грамотно его расходовать, не позволяя прогорать во внутренних междоусобицах. Такая модель, безусловно, имеет все шансы на успех, то есть способна вытащить технологии на новый уровень, что должно определять фокус любой перспективной повестки как ключевое условие геополитической конкурентоспособности.

Уважаемому читателю предлагается принять участие в обсуждении острой проблемы инфантилизации современного общества и утраты мужского начала как одной из причин цивилизационной стагнации, по результатам которого определиться тема дальнейшего исследования, рассмотрение которой будет представлено в следующем выпуске…


Заметили ошибку в тексте? Сообщите об этом нам.
Выделите предложение целиком и нажмите CTRL+ENTER.


Оцените статью

Спасибо за обращение

Вам запрещено оценивать комментарии.
Обратитесь в администрацию.