Из клан-капитализма в солидарное общество через «морализацию» денег  259

Интегральный взгляд

13.04.2021 10:00

Михаил Елизаров

2991  4.7 (13)  

Из клан-капитализма в солидарное общество через «морализацию» денег

фото: Otvet.ws

Мы ждем перемен (как пел любимый всеми классик), но, похоже, мы их даже не заметим, просто потому-то сегодня они протекают в каких-то скрытых формах. Но трансформация существующего порядка во что-то более эффективное неизбежна. Иначе нас просто разорвут геополитические конкуренты

Времена меняются. Несмотря на гнетущий застой, все понимают, что переменам быть. И хотелось бы понять их направление. Для этого придется отказаться от нашей излюбленной практики выдавать желаемое за действительное в пользу трезвого прогноза и анализа доминирующих трендов. Достаточно даже поверхностного общения с милениалами (а они и есть будущее), чтобы убедиться в бесперспективности идеи возрождения Советских ценностей. Формируется какая-то новая «правда», очень прагматичная и настолько гибкая, что зачастую ее сложно разглядеть.

Ветхая лодочка под названием «постсоветская реальность» постепенно раскачивается волнами наступающих грозных исторических реалий, давая понять. что запрос на какой-то иной уклад (пока очень невнятный) рано или поздно даст о себе знать.

Гениальное просто. Рациональное зерно удалось нащупать в процессе обсуждения предыдущей статьи. Спасибо коллегам по цеху – резидентам Портала! Идея проста и лаконична – общество должно обладать движущей силой в направлении какой-то высокой цели при максимальном уровне социальной солидаризации. Выполнение этих двух условий неизбежно приводит к колоссальному росту КПД системы и, соответственно, скачку конкурентоспособности.

На первый взгляд может показаться, что нет ничего проще. Достаточно подавить оппозицию и поставить амбициозную задачу. Все сразу дружно консолидируются и весело зашагают в светлое будущее. И вроде бы, получается, что мы уже на правильном пути…

Грустная реальность. но это, конечно, же шутка! Никто и не думал никуда шагать. Проблема в специфике кланового управления. Интересы теневой правящей группы всегда превалируют над всеми остальными. Потребности системы-донора обеспечиваются по остаточному принципу – исключительно с целью поддержания минимальной жизнедеятельности. Ни о каком развитии не может идти и речи.

И это главное условие кланового единства. Любое перенаправление финансовых потоков приведет к его утрате, сдаче позиций и потере контроля. Поэтому внутри теневой структуры никто никогда не осмелится нарушить правила игры

Немного помечтаем… Но если даже представить, что вдруг случится чудо – государство и власть сольются в едином экстазе, превратившись в гигантский монолит с общими интересами. Что тогда? Может ли состояться новый экономический прорыв? Или опять возникнут препятствия? Обязательно! И это естественные закономерности поведения больших систем – болезнь роста. Одно дело, клан – небольшая вполне мобильная группа людей, а другое – огромная социально-экономическая система.

Не секрет, чем масштабнее структура, тем более она инертна и менее активна. Но, может быть, это просто цепочка совпадений, а на самом деле, все не так? Что мешает заставить двигаться большую систему так же быстро, как малую? Была бы на то воля руководства! Первое, что приходит в голову – параллель с физическими законами, типа, чем тяжелее тело, тем выше инерция движения. Но использовать простые аналогии для сравнения явлений принципиально разной природы не совсем корректно. Необходимо обосновать данный феномен, с точки зрения  организационной теории, что видится вполне посильной задачей.

Гипотеза. Хотелось бы напомнить, что ранее в данном цикле эта тема уже разбиралась, когда вводилось понятие организационного ресурса – своего рода совокупных возможностей системы по генерации порядка. Этот параметр, что важно, является константой и может проявляться в двух разных формах, связанных между собой мультипликативно – уровне когерентности (солидарности, в нашем понимании) и асимметрических свойствах системы, определяющих внутреннюю активность.

К чему это все? А к тому, что организационные возможности ограничены и могут расходоваться либо на социальную консолидацию, либо на стимулирование динамики экономического развития. Одновременный рост двух этих параметров невозможен. Но ведь именно в этом состоит задача и видится перспективное направление грядущего социодизайна. История, как большой начальник, не желает слушать бормотание про какие-то сложности, естественные ограничения и т.д. Кому все это нужно? А манит то, что выглядит недостижимым. Именно такое решение нам необходимо предложить.

«Союз» противоположностей. И оно существует… в виде приращения организационного ресурса системы, что возможно только в случае ее полного обновление и перехода на качественно новый уровень самоорганизации. Я не утверждаю, что это обязательно будут всеми любимые «бирюзовые» структуры, но кое в чем можно быть уверенным. Должны усилиться горизонтальные связи, ускориться процессы, повыситься качество принятия решений, заработать социальные лифты (для достойных, а не близкого круга) и т.д.

Конечно, такие изменения не происходят просто по приказу руководства, скорее даже наоборот – вопреки их воли, естественному желанию удерживать статус-кво и собственное привилегированное положение. Так что в ближайшей перспективе ничего подобного ждать не приходится. Для этого пока просто отсутствуют предпосылки. Но фазовый переход рано или поздно произойдет. Как будут выглядеть новые социальные отношения? Очевидно, что должен произойти синтез двух составляющих – ментального единения народа и роста его экономической активности.

Первая формирует незримые связи между совершенно посторонними друг другу людьми, реализуемых на разных когнитивных уровнях: мировоззренческом, духовном и культурно-эстетическом. Как достичь такой высокой степени социальной солидарности. Не секрет, это всегда связано с продвижением объединяющей идеологии (на религиозной или атеистической платформе), устанавливающей высокую морально-этическую планку, а необходимым условием выступает жесткий изоляционизм, препятствующий проникновению инородных учений.

Что касается деловой активности индивидов, то она стимулируется исключительно монетарными рычагами. А это опять расслоение, банки, кредиты, культ денег и т.д. Да, никуда не деться. Если у человека не будет возможности заработать, то зачем ему напрягаться? Все логично! Люди рациональны.

Можно ли назвать такую систему либеральной? Ни в коем случае! Она скорее тоталитарна, так как по сути представляет собой социальную матрицу, которая принципиально отличается от вульгарного рынка. Принципом ее построения должен выступить «фильтр намерений» – своего рода программный алгоритм распределения ресурсов, нацеленный на поддержание только тех активностей, которые соответствуют главному целевому вектору.

Другими словами, зарабатывать позволено только тому, кто лоялен системе. Фактически это формула построения социальной иерархии и принцип принятия решений. Так задается направление системного развития, что принципиально отличается от классического «броуновского» рынка. Администрирование должна быть максимально автоматизировано и обезличено для снижения влияния человеческого фактора.

Можно ли такую систему интегрировать в мировую экономику? Вполне, но только как единое целое. Если каждый отдельный элемент получит возможность самостоятельного участия во внешнеэкономической деятельности, то фильтры перестанут работать, так как «вражеские» финансовые рычаги могут оказаться мощнее. Другими словами, речь идет об экономической автаркии.

Можно ли здесь говорить о социализме, как таковом? В буквальном смысле, конечно же, нет. Но если взять в кавычки (ведь есть же Шведский аналог), то приоритет общего над частным и ментальное единение сильно сближают эти формации. Просто отсутствует выраженная левацкая основа, так как предполагается расслоение и опора  на частную инициативу.

История. Как без ущерба для системы заложить в ее функциональную основу две полные противоположности – деньги и высокую мораль, другими словами, объединить необъединимое? Возможно ли это в принципе?

Интересно, а были в истории примеры чего-то подобного? Да, их более, чем достаточно. Все помнят деятельность ордена Тамплиеров – христианской рыцарской организации, которая, исповедовала глубокую религиозность, что не помешало создать первую международную кредитно-банковскую систему. Если кто-то скажет, что это было давно и неправда, то хочу напомнить, что еще в недавнем прошлом наблюдались похожие вспышки пассионарности, сопровождавшиеся бурными экономическими подъемами. Яркий пример – Мондрагонская корпорация, усилиями основателей-идеалистов объединившая в себе духовное начало и выраженную бизнес-ориентацию.

Получается, что эти два социальных базиса (деньги и мораль), антагонистичные по своей природе, вполне способны уживаться, если идеологический вектор имеет явный приоритет. Бизнес – очень гибкая форма социальной активности. Он прекрасно себя чувствует в любой политической конъюнктуре при наличии экономических стимулов, вписываясь в заданные идеологические рамки и только лучше работает, получая дополнительные импульсы в виде четкой упорядоченности п преимуществ долгосрочного планирования. И что самое главное, атмосфера доверия, возникающая в такой системе обеспечивает многократное ускорение любых деловых процессов.


«Зеленая религия». Получается, что мыслеформы все-таки первичны (сознание определяет бытие). Только наполненная духом энергия способна сплавить в одно целое интересы правящей верхушки и чаяния широких (и очень аморфных) масс населения, чтобы единый гигантский организм вдруг приобрел тонус и, наконец, начал двигаться в нужном направлении.

Другими словами, как всегда, все упирается в идеологию. Ради любопытства можно перебрать все имеющиеся на сегодняшний день варианты. Первое, что приходит в голову – модный эко-фанатизм, новоявленная форма левацкой атеистической религии, которая претендует сегодня на доминирующее положение в Западной культуре. Но способна ли она заполнить собой сложный социальный организм, вдохнуть в него жизнь и эффективно им управлять? На первый взгляд, это выглядит маловероятным, так как слишком узкое применение, ограниченное рамками потребительского выбора.

А ведь есть еще личное жизненное пространство человека, его близкий круг (семья, родня, соседи, работа). И это стержень нашего бренного существования. Задача системообразующей идеологии – регулировать и направлять внутренние глубинные процессы. Может ли эко-фанатизм примерить на себя эту роль? На первый взгляд, такое предположение выглядит безумным, но, если вдуматься, то столь же нелепым могла показаться современникам сама мысль, что учение Маркса когда-нибудь перерастет в  государствообразующую идеологию. Но это случилось, причем именно на нашей многострадальной земле.

По большому счету, был бы критерий, а структура нарастет. Гибкая социальная среда будет встраиваться в любую. предложенную сверху матрицу, причем вне зависимости от экстравагантности обводов. Можно, например, оттолкнуться от простого тезиса, что любой вред для природы – абсолютное зло. Начнется все, конечно, красиво – сохранение естественного ландшафта, дикой фауны, редких животных и т.д. А дальше эта идеологическая форма постепенно начнет доминировать и поглощать социальный организм.

Проблема в том, что любая хозяйственная деятельность человека оказалась противоестественной уже с самого момента, когда последний изобрел копье и «приручил» огонь. Последовал мгновенный отрыв от животного мира, сопровождающийся тотальным преобразованием планетарного ландшафта. Ну, и что нам теперь делать? Разворачивать НТП вспять и сокращать собственную популяцию? Очень на это похоже, так как на поверку «зеленые» технологии – самообман, перекладывание проблем с больной головы на здоровую. Например, установка ветряков на шельфе наносит, наверное, больше вреда природе, чем традиционная энергетика, а производство биотоплива требует таких площадей под посевы, что только ускоряет вырубку тропических лесов.

Пойдет ли Запад в этом направлении? Безусловно, да. Причем даже в ущерб собственной конкурентоспособности. У них нет другого выбора. Это последняя соломинка, способная хоть как-то (пусть искусственно) консолидировать постиндустриальное сверх-атомизированое общество. Но за красивыми лозунгами «зеленой» идеи, в действительности. скрывается жесткий лево-либеральный тоталитаризм, способный не только развернуть технологический прогресс, но и запустить самоликвидацию  человеческой популяции.

Что же делать нам? Варианта два – либо принять и попытаться переварить эту ересь в надежде, что она, как всегда, преобразуется в наших суровых климатических условиях во что-то более адекватное. Но есть риск, что не переварится, победит и сожрет весь наш скромный потенциал. Уже сегодня можно наблюдать ее быстрое распространение в городах-миллионниках и что особенно опасно – среди молодых женщин, то есть репродуктивной основы общества.

Им предлагается красивая иллюзия, что своими действиями они меняют мир к лучшему, приучая к мысли о собственной значимости через пропаганду активной жизненной позиции. Теперь не нужно ни под кого подстраиваться, а можно заниматься самым «полезным» делом на свете (спасением планеты), и еще получать от этого кайф (дословная цитата).

Да, «зеленое» движение – опасная «прелесть» – самая что ни на есть иезуитская форма продвижения «child free» феминизма – главного бича института семьи, а значит и репродукции. А если выбирать из двух зол, то для безлюдной неосвоенной России главный вызов – никакая ни экология, а репродукция.

К слову сказать, весь этот эко-ажиотаж не имеет никакого отношения к действительности, так как доступны все необходимые технологии. Пожалуйста – оснащай мусоросортировку оптическими машинами, а производство очистными сооружениями… и будет счастье!

Но есть и другой путь – жестко проигнорировать Западную повестку и вступить с ними в очередной идеологический конфликт (что-то подобное сегодня уже имитируется, правда очень неуклюже). Это станет смысловой платформой создания глубокой автаркии как главного условия становления новой социальной формации. В любом случае, нужна какая-то понятийная основа, способная обеспечить системную целостность. Причем, речь об определенном поколенческом компромиссе, который пока сложно представить. Но в нем должен сочетаться прагматизм молодых и ведомость возрастных.

Правильный путь. Сами того не замечая, похоже, эту тропку мы уже нащупали и, более того, по ней идем, но пока очень неуверенно, постоянно оступаясь и прихрамывая. Силенок маловато. Да, неэффективность управления не позволяет образоваться полноценной экономической автаркии. Ручной менеджмент с опорой на человеческий фактор крайне примитивен и постоянно дает сбои. Но несмотря ни на что, происходит интуитивное движение в сторону нового «госкапитализма», то есть вероятной исторической целесообразности.

Что интересно, Союз упорно тестировал это направление. Китай прямо в него вошел, что говорит о некоторой устойчивой тенденции. Сегодня она только набирает обороты… даже в Штатах. Феномен Трампа – яркое тому подтверждение. Но в их исполнении это выглядит крайне неубедительно. Похоже, то, что не получается у северных народов, неплохо реализуется в Китае. Осмелюсь предположить, что все дело в какой-то глубинной культурно-ментальной основе, отвечающий за склонность к самоорганизации.

Если одним для полноты интеграции требуется только соответствующая воля сверху (они просто внутренне склонны к объединению), то других на мякине не проведешь. Слишком силен индивидуалистический прагматизм. Требуется очень сильная объединяющая идея, без которой происходит быстрое разобщение людей. Возможно, именно поэтому чисто лево-унитарные проекты терпят крах в северных широтах.

Наверное, все дело в упрощенной мотивации – как бы побольше заработать. Но это очень разобщающий императив. А требуется что-то объединяющее. Левацкая уравниловка не эффективна, так как блокирует экономическую активность населения, что недопустимо. Нужно как-то собрать воедино весь сложный общественный организм. Каким  образом? Только консервативные ценности, так как они имеют общечеловеческий базис и не вызывают отторжения у широких масс населения, вне зависимости от возраста и статуса. а, это идеальная интеграционная платформа.

Очередной миф.  Многие возразят, что, мол. на дворе XXI век,  все изменилось и традиционные ценности себя изжили. Даешь что-то новое, иначе погрузимся во мрак Средневековья! И это глубочайшее заблуждение. Попробую пояснить…

Как-то довелось услышать притчу про макароны, которые на момент изобретения, без всякого сомнения, употреблялись непосредственно руками. Потом появились брезгливые аристократы, которые стали пользоваться вилками из гигиенических соображений. И это постепенно переросло в норму этикета. Но со временем мир стал стерильным. Появился гений оптимизации, который заметил лишнее звено, устранил его с целью экономии и начал снова есть макароны руками, ничем внешне не отличаясь от варвара. Но, в действительности, между ними нет ничего общего. При внешнем сходстве это диаметрально противоположные  социальные проявления.

Задача неоконсерватизма состоит в устранении наростов неэффективности, возникших в период становления текущего цивилизационного уклада. И за примерами далеко ходить не надо. Взять хотя бы «величайшее» достижение современной цивилизации – равенство полов, которое по факту является грубейшим нарушением базовых закономерностей биологической эволюции, направленной в сторону роста эффективности жизнедеятельности видов. А это всегда принцип узкой специализации. Именно по этому пути шло развитие Хомо Сапиенс, кардинально разделившее женский и мужской функционал в рамках одного вида.

Если роль слабого пола свелась к стабилизации и отбору наиболее перспективной генетики, то наша – к постоянному поиску и эксперименту, что определило возникновение гигантского ментального разрыва. Его, конечно, можно игнорировать, но это неизбежно приводит к катастрофической потере эффективности и, в итоге, проигрышу в конкурентной борьбе. Это все равно что в рамках одной организации заставить бухгалтера точить детали, а квалифицированного рабочего – сводить дебит с кредитом.

Три в одном. Получается, что неоконсерватизм как идеологическая платформа вполне способен предложить оптимизационную повестку (то есть рост конкурентоспособность системы), а также объединяющий концепт, например, на основе одного из традиционных религиозных течений. А это готовые социальные лекала (привычные и понятные каждому), с которыми никто особо спорить не станет. И, что самое важное, здесь нет никакого конфликта с механикой монетарной мотивации. Наоборот, возможна синергия на основе «морализации» денег.

И что? Да, то, что как-то так выглядит наступающая реальность – в обводах идеологизированного «госкапитализма». По крайней мере этот сценарий становится все более реалистичным, предлагая индивиду очень простую и единственно верную жизненную стратегию – занять теплое местечко в какой-нибудь госкорпорации, демонстрируя полную лояльность центральной линии, успевая промышлять мелкими делишками, но ни в коем случае не пытаясь разбогатеть или выступать против системы.

Прошу простить за столь банальный вывод после такого долгого изложения. Позвольте вынести на обсуждение идею становления новой формы солидарного «госкапитализма» на основе «морализации» денег, а по результатам дискуссии будет определена тема следующего выпуска…


Заметили ошибку в тексте? Сообщите об этом нам.
Выделите предложение целиком и нажмите CTRL+ENTER.


Оцените статью

Спасибо за обращение

Вам запрещено оценивать комментарии.
Обратитесь в администрацию.